среда, 9 июля 2014 г.

PRIDE OF BAGHDAD


PRIDE OF BAGHDAD

Простая и красивая история львиного прайда, сбежавшего из разрушенного во время бомбардировки зоопарка. Автор сценария PRIDE OF BAGHDAD, Браян Вон, смог в нетипичной для себя лаконичной манере показать скитания четырех хищников, ищущих путь к свободе, а художник Нико Хенрикон запечатлел это в местами сногсшибательном визуальном оформлении.

История начинается в зоопарке Багдада, где животные, содержащиеся там в неволе, выясняют между собой отношения. Все звери условно разговаривают на английском, но Вон чудесно смог изобразить язык примитивных хищников, заметно отличающийся от диалогов людей. Звери в зоопарке подчиняются иерархии, зависят друг от друга и враждуют с другими видами. Хищники не являются исключением. Взаимоотношениям двух львиц, старой и умудренной и молодой и неопытной здесь посвящена немалая часть сюжета. Животные чуют что-то неладное, но не могут это выразить. Вскоре, на зоопарк обрушиваются первые снаряды, мгновенно убивающие большинство запертых в клетках животных. В результате попадания бомбы вольер со львами оказывается поврежден и хищники неуверенно покидают его. Со временем основные герои, две львицы, львенок, и единственный самец решают покинуть привычные стены зоопарка, чтобы поохотиться и утолить начинающий раздражать их голод. Они отправляются скитаться по улицам разбомбленного Багдада, где их поджидает море опасностей…

Написанный Воном сценарий очень кинематографичен, и, не удивлюсь, если и написан был с прицелом экранизации. Почти сто тридцать страниц PRIDE OF BAGHDAD с легкостью могли бы трансформироваться в полуторачасовую киноверсию взрослого «Короля Льва». 

Браян с самого начала четко дал нам понять, что животные, за которыми мы наблюдаем – дикие. Они едят мясо убитых взрывами других обитателей зоопарка, полностью подчинены инстинктам, которые запросто могут заставить их спариваться в неподходящих ситуациях, и даже речью они постоянно напоминают, что они – верхушка пищевой цепочки. Грациозные большие кошки, они двигаются неспешно, но с достоинством, нагоняя страх на живность помельче. Но не только львам выпала честь запомниться больше всего: каждому виду встречающихся по ходу действия сюжета животных и птиц Браян сумел подобрать соответствующий характер и манеру поведения. Мартышки трусливы, птицы много болтают, а медведь угрожающе ревет и, кажется, лишился рассудка.

Само же путешествие прайда написано в привычном для Вона хорошо выверенном темпе, оно разнообразно и увлекательно. Звери наблюдают за ужасными последствиями войны между разными народами, прячутся от танков, охотятся на лошадей, и дерутся с громадным спятившим гризли. Браян положил в основу комикса настоящую историю о сбежавших из зоопарка львах, но заметно приукрасил ее и добавил изрядно мелодрамы. У животных обнаруживается трагический бэкграунд, львицы то и дело сцепляются в словестной перепалке, а молодой львенок грезит о том, чтобы увидеть предзакатное солнце. История довольна камерная, что, безусловно, огромный плюс, учитывая как сильно спотыкается Вон при написании продолжительных серий. Здесь же лирический поиск дикими животными свободы не затмлен ни откровенными нелепостями, ни длиннотами, не фирменными воновскими картонными диалогами. 

Большую часть удовольствия от PRIDE OF BAGHDAD обеспечивает художник. Нико Хенрикон безупречно рисует животных и то, как они движутся и взаимодействуют друг с другом. Он неслабо разбирается в анатомии, обеспечивая нас самыми разным ракурсами, демонстрирующих обитателей зоопарка во всей красе. К тому же ему очень хорошо удалось подобрать цветовую палитру, мгновенно погружающую читателя в жаркую атмосферу Востока. Почти весь комикс наполнен солнцем, то светящим на голубом небе, то пробивающемся сквозь заросли густой листвы (Нико фантастически передал падающие сверху солнечные пятна на шкурах и мордах львов), но под конец, с приходом ночи, он наполняет пейзаж всеми оттенками фиолетового, разделяя комикс на две части и как будто подводя нас к неотвратимому финалу. Еще один плюс PRIDE OF BAGHDAD – редкой красоты кадры со всякими архитектурными постройками и интерьерами. Хенрикон рисует роскошный Багдад в подобающей манере, заставляя любоваться каждым его уголком.

PRIDE OF BAGHDAD был издан в 2006 году издательством Vertigo.

SINGLES THAT TICK №5: ANIMAL MAN#5 – THE COYOTE GOSPEL


SINGLES THAT TICK №5: ANIMAL MAN#5 – THE COYOTE GOSPEL

Этот выпуск «Animal man» был первым предзнаменованием того, что начинающий тогда сценарист Грант Моррисон создаст за отведенное ему время пребывания на посту как минимум нестандартный комикс. Так и получилось, Грант заставлял своего героя ломать четвертую стену и удостаивал Бадди Бейкера аудиенции с ним самим. Комикс про второсортного супергероя, который мог заимствовать силы у животных, стал культовой классикой, а карьера Моррисона взмыла в стратосферу. 

Предтечей перемен же стал пятый выпуск серии, ставший доказательством того, что Моррисон не желает довольствоваться привычными историями о супергероях и не желает писать стандартные сценарии. Пятый номер очень грамотно наполнен символизмом, начиная с обложки, на которой Браян Болланд изобразил аллюзию на распятие, и заканчивая последними кадрами с божественной кистью создателя. 

COYOTE GOSPEL начинается с кадра, в котором по шоссе в Долине Смерти едет грузовик с двумя пассажирами. Это молодая девушка и дальнобойщик, беседующие между собой. Отвлекшись, водитель сбивает нечто, что позже он примет за дьявола. Сейчас же он прибавляя скорость пытается оставить как можно больше миль между собой и корчащимся на асфальте странным существом. Существо стонет, его внутренности разбросаны по дороге. Колесо грузовика, сломавшее ему грудную клетку, оставило кровавый отпечаток на сухом асфальте. И тут существо начинает регенерировать, затягивая собственные раны и залечивая переломы, разорванную ткань и мускулы. Вскоре существо поднимается, и мы видим, что это крупный антропоморфный койот. Он абсолютно гол, не считая чего-то вроде свитка пергамента, подвешенного на шнурке за шею. Титр подсказывает, что это было год назад. 

Нынешнее время. Дальнобойщик, когда-то сбивший койота, теперь, кажется, сошел с ума. Он верит, что дьявол, которого он переехал, мстит ему за причиненную боль, убив сперва его партнера, затем наслав рак на его мать, а позже окончательно его добив, подбросив ему на глаза статью, в которой он видит некролог подвозимой тогда девушки, которая погибла в ходе налета полиции на наркопритон. Дальнобойщик вооружается ружьем, расставляет ловушки и степенно ждет, когда же обитающий в этих краях дьявол соизволит ему показаться. Он обнаруживает койота сидящим на краю скалы, сгорбленным и задумчивым. Выстрелом существо сносит с обрыва, но человек с винтовкой знает, что дьявола можно убить только серебряной пулей. Он сбрасывает в пропасть валун, с отвратительным звуком упавший на тело койота и вздымающий клубы желтой пыли. И ждет. 

Койот материализуется у него за спиной. Он цел и невредим, дальнобойщик не видит следа от только что произведенного выстрела, хотя видел кровь от раны собственными глазами. Койот делает шаг вперед и задевает одну из ловушек, взведенных ранее человеком. Гремит взрыв. Его замечает патрулирующий область Бадди, мигом спустившийся разведать что же случилось. Он видит оглушенного дальнобойщика, лежащего поодаль и койота, на глазах отращивающего себе оторванные конечности. Койот протягивает Бадди тот самый свиток, что он носит на шее. Мы узнаем, что койота зовут Крафти. Он жил в выдуманном рисованном мире, где звери обладали моментальной регенерацией и развлекались, убивая и калеча друг друга без последствий. Устав от такого образа жизни, Крафти поднялся наверх к творцу того мира, сидящему на троне с кистью в руках. Правитель низверг Крафти в наш мир, прокляв его навеки, оставив регенерацию, но наделив его присущей нашему измерению болью. И вот, койот Крафти живет среди нас, прячась в Долине Смерти, и надеясь, что однажды творец сменит гнев на милость и заберет его к себе обратно. 

Койот с надеждой смотрит на Бадди, но тот лишь непонимающе глядит в ответ – на пергаменте различимы лишь хаотичные закорючки, история Крафти остается в тайне. Тут приходит в себя контуженый дальнобойщик, заряжает ружье единственной имеющейся у него серебряной пулей, переплавленной из нательного креста, и в последний раз стреляет в койота. Крафти не чувствует боли от попадания, он лишь выразительно смотрит на Бадди, оседая на землю. Кровь стремительно покидает его тело, а Бадди остается лишь крепко держать того за руку, пока обреченный койот стремительно угасает…

Мастерски написанный сценарий Моррисона – вот что делает этот выпуск таким хорошим. Комиксы нечасто умело поднимают вопросы веры, а так, как ловко это делает «Animal man» способны единицы. Мультяшный койот, конечно же срисованный с замечательного детского мультика Looney Tunes, здесь задается вопросом о непогрешности суждений высших сил. Он не понимает веру, основанную на страхе и мир, основанный на насилии, но за высказывание своих мыслей он низвергается в мультяшный эквивалент ада, который по стечению обстоятельств является нашим миром. Койот Крафти верит, что мир однажды может измениться к лучшему, и окружающей действительности не всегда стоит быть такой, как она есть. Он верит, что навязанный ему создателем мир, где увечья и смерть стали рутиной, не единственный, и что всех его обитателей может ждать совсем другая жизнь, заяви они в один голос творцу о своих намерениях. Творец, однако, считает себя непогрешимым, и, конечно, как и положено высшему существу, мелочно и мстительно обрекает запутавшееся существо на жуткие муки.

Конечно, комикс про героя в цветастом спандексе является не лучшей площадкой для размышлений о закостенелости некоторых современных религий, но Моррисон работал с чем мог. Видя всю несостоятельность и нелогичность религии, он задает в COYOTE GOPSPEL несколько неудобных вопросов любому религиозному человеку, однако не опускаясь до обличения и унижения. Гранту просто интересно, как может основанная на устаревших догмах вера всерьёз восприниматься людьми, которые по природе своей созданы были существами сомневающимися. Он очень тонко играет с нонсенсами веры, выставляя их напоказ и заставляя сомневаться в них. Точно так же под конец восьмидесятых великий стенд-ап комик Джордж Карлин в схожей манере тонко подтрунивал над религией, чуть позже правда съехав к полной неприязни и высмеиванию любых ее проявлений. Гранту же удалось задать все интересующие его вопросы не выставляя напоказ собственные верования, которые, как мы знаем, тоже далеко не идеальны. 

Также очень забавными мне показались отношение Гранта к детским мультфильмам пятидесятых, тем самым Looney Tunes. Веселые, красочные и изобретательные, они приводили детей в восторг, а взрослых заставляли закрывать глаза в ужасе. Сейчас, когда Happy three Friends спокойно транслируются по тв-каналам, напугать кого-то мультяшным насилием видится мне делом неблагодарным, но по тем меркам бедный койот, пытавшийся поймать шустрого страуса, страдал неимоверно. Грант метко подметил, что кажущееся ребенку забавным насилие было бы немыслимым и отвратительным, если бы его перенесли в реальную жизнь. В собственном же измерении персонажи мультфильмов обладают такой же суперсилой, как и супергерои в комиксах – они неуязвимы и бессмертны, каждое воскресенье они излечиваются от упавших на них ранее десятитонных скал, выстрелов из пушки в упор и ран от холодного оружия. Они не обращают на повреждения никакого внимания, всегда готовые гнаться за своей призрачной целью и дальше, раз за разом бегая по кругу. В погоне за эфемерной добычей, они проводят всю свою жизнь, не считая нужным оглядываться назад и переосмысливать уже пережитое. Им не приходит в голову просто остановиться и подумать о том, не пора ли изменить свою жизнь. Они во многом напоминают людей, так же вечно гоняющимися за чем то призрачным всю свою жизнь, а потом жалеющими перед смертью о содеянном.

COYOTE GOSPEL заканчивается неуютным кадром с божественной рукой, держащей кисть, дорисовывающую убитому койоту лужу крови. Метафора о карающей своей рукой невидимой силе не могла бы быть более наглядной. Комикс Моррисона оставляет нас с четко ощущаемым выбором – либо уповать на творца, милости которого можно и не дождаться, либо творить свою судьбу самому, и самому отвечать за содеянное.

Избранное сообщение

"Банк-беглец" - Дональд Уэстлейк/BANK SHOT by Donald E. Westlake

BANK SHOT by Donald E. Westlake   Джону Дортмундеру осточертело выманивать у доверчивых домохозяек мелочь на пропитание. Но что по...