среда, 2 декабря 2015 г.

CEREBUS. YEAR OF THE AARDVARK. DAY 45 - ISSUE 45


YEAR OF THE AARDVARK.

 DAY 45 - ISSUE 45 – CEREBUS’ SIX CRISES. CRISIS NUMBER ONE – THE BUREAUCRATIC REBELLION

…Приключения Серебаса продолжаются…

Обретя желанные полномочия, Серебас вместе с должностью получил государственный механизм, не работающий должным образом. Его избрали на пост, будучи уверенным, что он оставит чиновников в покое, сохранит царящее годами равновесие, которое грозил нарушить лорд Джулиус, придя к власти. Трубкозуб же в первую очередь хотел разбогатеть. Кто при этом пострадает и чего ему будет стоить обогащение, Серебас знать не хотел. Первым делом он отказался встречаться с политиками Айста. Ему нужно было расплатиться с долгами и сколотить состояние, а уже потом пытаться смазать шестеренки древнего скрипящего механизма, известного как «политический аппарат Айста». Серебас решил не терять времени даром. Первым делом он спланировал и с помощью своих военачальников провернул аннексию нескольких фортов Бедуина. Трубкозуб не скупился на броню и оружие для своих войск, надеясь на то, что в городе окажется немало золота, способного покрыть расходы, займы, ссуды и прочее. Лорд Джулиус же в очередной раз переиграл его, оставив казну пустой. Кроме этого, на плечи Серебаса (раз уж он захватил город и, стало быть, теперь владеет им) лег долг Бедуина в сотни миллионов крон…

Долгий путь на вершину власти оказался легкой забавой. Теперь, находясь на вершине, Серебасу предстоит битва за удержание власти. Этот номер полностью посвящен описанию реконструкции парламента Серебасом и попыткам трубкозуба расширить сферу влияния. Его план, такой надежный на бумаге, не предусматривал козней лорда Джулиуса. В принципе, Сим достаточно доступно изложил методы ведения информационной войны лорда Джулиуса. У читателя и не должно было возникнуть мысли, что город Бедуин богат – все деньги лорд Джулиус либо растратил, либо инвестировал в предвыборную кампанию. Серебас же, едва выигравший кампанию, оказывался в точно таком же положении, как и владыка Палну. Они оба остались без средств к существованию.

Мне понравилось как Сим поставил Серебаса в неудобное положение, не прибегая к искусственным ограничениям, роялям в кустах и прочим сомнительным приемам. Его нынешняя позиция, позиция вождя с кучей проблем, напрямую вытекает из предыдущих ситуаций. Для того чтобы забраться наверх, Серебас соорудил себе сложную эфемерную конструкцию из обещаний, планов и партнерских соглашений. Вся эта конструкция была ужасно шаткой, как карточный домик в ветряном тоннеле. Вполне естественно, что он просто не в состоянии сдержать все свои обещания в силу их натуры. Он давал их под прессом из чувств и обязательств или же заранее зная, что не будет выполнять их. Но как только он оказался на вершине, ему тут же пришлось лезть дальше, ибо подпорки у конструкции начали рушиться.

Образ лихорадочно строящего новые элементы стропил Серебаса, пока нижние части громадной хитроумной конструкции под названием «предвыборные обещания» осыпаются, лучше всего характеризует HIGH SOCIETY.

Динамично развивающийся сценарий этого выпуска в немалой степени ответственен за то, каким отличным вышел этот выпуск. Он похож на часы-скелетон (механические часы с прозрачными задней и передней крышкой, дающие полюбоваться внутренним устройством механизма ): обнажённые шестерни и валы сюжета видны невооруженным взглядом, мельчайшие детали механизма движутся в унисон, порождая завораживающее зрелище слаженной работы. Все соратники Серебаса появляются в номере, и каждый из них делает свое дело во имя общего блага.

Ставки в этом номере опять выросли. Трубкозуб развязывает войну. Первые ее жертвы (К’кор, например, докладывая о взятии города, признается в пытках) уже пали. На совести Серебаса отныне не только обманутые ожидания, но и мертвые люди. Циничному животному, впрочем, каких-то неудобств этот факт не доставляет. Все, что он желает – быть богатым, иметь власть. Любой ценой.


Мы оставили позади первый кризис Серебаса. Справится ли он со следующими? Узнаем завтра…

THE UNFUNNIES


THE UNFUNNIES

Ах, да… Этот комикс…

Втирать гашёную известь в глаза приятнее, чем читать его. Это недосягаемый эталон дурновкусия, мерзости и полнейшего творческого бессилия со стороны авторской команды.

Комикс выглядит как мошонка гиены, слишком часто злоупотребляющей попытками наладить интимные отношения с дикобразом, а впечатление от прочтения оставляет сопоставимые с худшими представителями снафф-порно.

THE UNFUNNIES написал Марк Миллар. Все мы знаем, как Марк умеет писать о тонких, сложных и щекотливых материях. Тут он «заботится» о чувствах читателей примерно также, как хирург, оперирующий горящей бензопилой, беспокоится о стерильности своего инструмента. Феноменально плохо в комиксе решительно все, но особый статус богомерзия ему придает сатира, какой ее представляет Миллар. Несомненно, Марк думал, что его комикс станет отличным образчиком этого комического искусства, но спутал ее с хамством, глупостью, пренебрежением и безграничной наглостью.

Комикс начинается с момента, когда одного из героев арестовывает полиция по обвинению в педофилии. Страницей позже, уже в зале суда, выясняется, что подсудимый действительно совращал малолетних. На вопрос судьи, совершал ли он анальное изнасилование друга своего ребенка, тот отвечает: «Пацан спросил меня, как это делают п*доры. Вот я ему и показал».

Это пересказ первых трех страниц комикса. Далее нас ждет прелестное погружение в мир больных фантазий Миллара. Низвержение добропорядочной женщины в пучины проституции, убийство сутенера стеклянным фаллосом, заражение СПИДом путем изнасилования в тюрьме и так далее. Главный антагонист мини-серии – пингвин, похищающий, насилующий и  расчленяющий детей в здании заброшенной церкви. В финале серии он уходит в закат, толкая перед собой коляску с новорожденным ребенком.

Издало это все дело AVATAR. «Avatar Press – нам все равно». Если другие издательства берегут свою репутацию, мы печатаем ваши фетиш-снафф-фантазии не взирая на их ценность и худосочные моральные ориентиры, которые у нас, вроде бы, и есть, но найти мы их сможем лишь задействовав телескоп «Хаббл».

Для Миллара этот кошмарный балаган задает новую планку по части деградации. На рисковые темы можно и нужно писать, если знаешь как. Все, включая религию, политику, сексуальные предпочтения или же саму сексуальность может быть иронично обыграно и не вызывать неприязнь одновременно, если ты знаешь границы, за которыми точные наблюдения превращаются в оскорбление. Миллар с первых страниц пересекает эту черту, поджигает ее, тушит своей мочой, посыпает землю солью и устремляется дальше. Здравый смысл не пытается его остановить. Он уныло взирает на Марка с обочины, стараясь не встречаться с ним взглядом. Миллар так сильно стремится написать худший комикс в мире, что забывает, что этот титул – как приз в Специальной Олимпиаде. Даже если ты выиграл его – ты проиграл.

Я не мог быть более оскорблен даже если бы комикс печатался на тонких листах сушеного навоза, а вместо контента он содержал повторяющееся бесконечно всем известное трехбуквенное слово. Это притом, что я отношусь к категории людей, каким-то чудом не попавшим под раздачу сошедшего с ума Миллара, то есть являюсь белым мужчиной-агностиком. Что, впрочем, показывает, насколько «силен» Марк в искусстве сатиры: едва ли не самая большая демографическая группа (к которой, сюрприз, принадлежит сам сценарист) избегает упоминаний о себе.

За звание худшего комикса всех времен борются многие комиксы. Подавляющее их большинство – шлак вроде ULTIMATUM, чья ценность понятна только гикам, так к тридцати годам и не познавшим нежное прикосновение женщины. По-настоящему универсально плохих комиксов мало. Таких, что неизменно вызывают реакцию «я лучше покрою все свое тело бумажными порезами, а затем окунусь в чан с виски, чем буду это читать» вообще единицы. THE UNFUNNIES забирает все призы, доступные в этой категории, равно как и приз зрительских симпатий и приз за преступление против человечества, сделанный из использованных подгузников и золотой фольги.

Избранное сообщение

"Банк-беглец" - Дональд Уэстлейк/BANK SHOT by Donald E. Westlake

BANK SHOT by Donald E. Westlake   Джону Дортмундеру осточертело выманивать у доверчивых домохозяек мелочь на пропитание. Но что по...