четверг, 31 марта 2016 г.

BLOG UPDATE


Время в очередной раз рассказать о своих планах на будущее. Неделю назад закончилась публикация первой части моего проекта «Year of the Aardvark», посвященного CEREBUS, и я ищу новые способы занять себя. Ничего такого же титанического (150 рецензий серии потянули на 93000+ слов) не планирую, да и комиксы, освещением которых я собираюсь заняться, известны несравнимо более широкому кругу читателей.

Итак, чем я вас собираюсь радовать, помимо шелфпорна? До конца года должны выйти три-четыре крупные статьи, написание которых занимает все мое свободное время. Обещанный мега-обзор CONAN, например. Он должен был выйти еще в 2015, но обстоятельства не сложились. Зато теперь статья уже на четверть написана, отобраны 500 иллюстраций, полным ходом идет редактура. Процесс несколько тормозит вследствие того, что множество новых фактов, требующих освещения, обнаруживаются прямо во время написания. 


Вторым крупным проектом будет биография Уилла Айснера с подробным рассказом о главном стрипе сороковых – THE SPIRIT. В зависимости от ситуации с доставкой рефренс-материалов (читай: полного сета стрипов) и моего графика, планирую сдать статью либо летом, если рассказ будет вестись только об SPIRIT, либо осенью, если это будет обзор всего творчества Айснера, включая все крупные комиксы, начиная с THE CONTRACT WITH GOD.


PRINCE VALIANT 2.0 – статья, полностью отличающаяся от уже написанной по всем параметрам от размеров до темы – станет третьим проектом. Это также будет статья-биография о Хэле Фостере и его главном творении, выдающемся стрипе PRINCE VALIANT.


Четвертым проектом будет довольно крупный рассказ о черно-белых комиксах, который, если сдюжу свести воедино всю имеющуюся у меня информацию, будет повествовать о самых интересных журналах вроде CREEPY и EERIE, а также истории их возникновения, многообразии и авторах, занятых их производством. Даты выпуска статьи даже не называю: с учетом того, что начать я планирую с запуска EC, а закончить как минимум рассказом о Dark Horse Presents, работы набегает удивительно много.


В отдаленном же будущем у меня есть план написать материал об Алексе Реймонде и его FALSH GORDON и RIP KIRBY. Меня чрезвычайно интересуют старые стрипы, а среди них трудно найти более влиятельный, чем эпик Реймонда.

Скорее всего, все эти статьи выйдут не у меняв блоге, а на профильных сайтах с нормальным функциналом. Уже в эту субботу, возможно, границу преодолеет контрабандный шелфпорн, так что ждите возвращение самой популярной рубрики сайта.


У меня все. Спасибо, что читаете.

вторник, 15 марта 2016 г.

CEREBUS. YEAR OF THE AARDVARK. DAY 150 - ISSUE 150


YEAR OF THE AARDVARK, DAY 150

 ISSUE 150 – MELMOTH ELEVEN

Помните кафе «Дино»? Небольшую такую пристроечку к зданию с одной арочной дверью и таким же арочным окном? На террасе именно этого кафе провел несколько последних месяцев трубкозуб Серебас, сидя неподвижно, сжимая в одной руке меч, а в другой куклу. Теперь стул, занимаемый им, пустует. Он опрокинут. Лежит на земле. Неподалеку расползается по белому камню лужа крови. Желтая штукатурка на стенах также обагрена ею – росчерки алого марают окно, дверь, светильник на стене. На улице перед входом лежат два тела. Грузная женщина, зверски зарублена  и… Еще одна женщина, если судить по ее виду и одежде. Киринистка. Ее лицо превращено в кровавое месиво десятками ударов меча, камень мостовой украшают борозды, оставленные острым металлом. Множество порезов на ее теле все еще кровоточат. Богато украшенный меч служительницы Кирин лежит рядом с остывающим телом бывшей хозяйки.
Не замечая жертв, мимо кафе проносятся десятки вооруженных киринисток. Они устремляются за чем-то стремительно убегающим, несущимся по дороге в Айст с неимоверной скоростью. Преследуемый бегун низок, сер, заляпан кровью с ног до головы. В его глазах полыхает пламя мести…

Ура, мы сделали это! Я написал сто пятьдесят выпусков проекта, рассказав о первых пяти томах комикса. Вы прочитали весь (или не весь) мой марафон. Это большое достижение как для вас, так и для меня. 

К Оскару этот выпуск никак не относится, разве что действие в нем происходит в последний раз на злополучной улице в Айсте. Весь номер посвящен изображению простой сцены: услышавший бахвальство одной из киринисток Серебас пробуждается, берет меч и делает то, что умеет лучше всего. С неимоверной жестокостью он убивает двух членов религиозного ордена, после чего пытается совершить неожиданное самоубийство. Да, да. Серебас, памятуя слова своего верного друга Медведя, почти надумывает перерезать себе горло, но жажда мести не дает ему этого сделать. Что послужило всплеском насилия? Джака. Мы знали, что она жива, а Серебас нет. Вот он и отправляется на очередной квест по ее нахождению.

Драки Сим всегда умел рисовать, поэтому нет нужды лишний раз восхищаться умению художника изображать достоверное насилие. Тем не менее отмечу, что не сама хореография боя меня удивила, а жестокость, с которой был показан бой. Все поле боя и действующие лица были покрыты кровью, выглядящей совершенно зловеще, будучи изображенной черной. Осатанелая рубка Серебасом лица женщины тоже картина не для слабых духом. Столь внезапный всплеск насилия как прием уже был использован Симом в финале предыдущего арка, но там он хотя бы был оправдан. Здесь же бойня, устроенная трубкозубом, просто выглядит карнавалом жестокости.

Комикс, кстати, вновь возвращается на территорию CHURCH AND STATE, набирая темп, что символизируют вернувшиеся узкие вертикальные панели. Сюжетно же следующий крупный арк, называющийся MOTHERS AND DAUGHTERS, является прямым продолжением CHURCH AND STATE и завершением CEREBUS. Сто номеров, идущие после финала следующего арка – филлеры, по-своему интересные, но к основной истории, рассказываемой с самого первого номера, не имеющие отношения. Здоровенный «финальный» арк состоит из пятидесяти номеров и завершает рассказ о Серебасе, его предназначении, городе Айсте (в котором разворачивалось действо с двадцать шестого номера), всех ключевых персонажах и прочем.

Забегая вперед: я сам комикс уже дочитал до конца, поэтому могу сказать, что более неожиданного арка в серии не существует. Мы узнаем буквально все, что нас интересовало в истории Серебаса. Но вот понравиться ли вам это, сказать не могу. Это самая противоречивая самостоятельная часть CEREBUS, полная логических дыр, несуразности, абстракции, глупости, наглости, безумия и филигранной сценарной работы. Увидеть то, во что превращается этот комикс по ходу своей эволюции, должен каждый.

А, вот еще что. Сим опубликовал еще одно письмо от Майкла Муркока. На этот раз от настоящего писателя, а не от самозванца. Дейв с неожиданной искренностью извиняется за оплошность в своих суждениях, и обещает больше никогда не публиковать письма важных персон. Вот так.

Продолжение "Года Трубкозуба" увидит свет в будущем. Это была последняя рецензия, выходящая по расписанию. Большое спасибо за то, что читали, следили за проектом, комментировали и поддерживали меня!

А меж тем... Путешествие Серебаса продолжается...


понедельник, 14 марта 2016 г.

CEREBUS. YEAR OF THE AARDVARK. DAY 149 - ISSUE 149


YEAR OF THE AARDVARK, DAY 149

 ISSUE 149 – MELMOTH TEN

Его могилу украсили двадцать четыре венка. Были среди них две жалкие дешевки, предоставленные отелем, в котором проживал Оскар. Все остальные цветы были живыми. Вплетенные в лавр хризантемы источали нежный запах, сладковатый, тропический. Лилии и ромашки соседствовали друг с другом – белые бутончики на фоне зеленой листвы. Свежесрезанные каллы канареечного цвета были поставлены в дорогой цветочный горшок. Крошечные соцветия, точно жемчуг, рассыпались по крупным мясистым листам. Кто-то принес настоящие орхидеи: их огромные лепестки манили всех пчел и бабочек в округе. Были там и ромашки, и розы.
Самой могилы из-за моря цветов, перемешивающихся с павлиньими перьями, отливающими всеми цветами радуги, и отрезами яркой ткани, на которых были нарисованы слова прощания, не было видно. Вскоре море живых растений начнет вянуть, а какофония оттенков уступит место серому цвету могильной плиты. Но не сейчас. Не сейчас…

Последний выпуск арка рассказывает нам о дне похорон поэта. Реджи и Робби организовывают траурную процессию, прощаются с людьми, помогавшими или притворяющимися, что помогают Оскару, прощаются с самим городом. Мы видим как поэта омывают, кладут в дорогой гроб из черного дерева, как катафалк проезжает мимо Серебаса, смотрящего стеклянным взглядом в никуда. Этот единственный кадр с трубкозубом – вот и все напоминание, что мы читаем всю ту же серию, что еще недавно была политическим триллером, обернувшимся религиозной сагой. Трубкозуб вернется уже в завтрашнем номере, но этот все еще принадлежит Оскару-поэту.

Мне понравилось, что Сим не закончил рассказ о поэте сценой смерти последнего. Так слишком часто поступают, полагая, что это пик эмоциональной драмы. Вовсе нет. После того как Оскар умер, его друзей и душеприказчиков ожидало еще одно последнее испытание. И мне, читающему письма Росса, оно показалось таким же трудным, как наблюдение за приближением смерти.

В CEREBUS акцент все еще делается на «человечности» рассказываемых историй. Это хорошо видно в сцене похорон. Хоронят не персонажа – хоронят человека. С поэтом приходят проститься люди, почитающие его творчество, некие женщины с лицами, скрытыми вуалью, коллеги по ремеслу, простые люди, узнавшие о трагической вести. Сим показывает, что даже умерев, нитей, связывающих тебя с реальностью, не оборвать. Робби рассказывает о долгах Оскара, например, и о гуманности людей, согласившихся помочь умирающему. А ведь в комиксе ни слова не сказано о наследии поэта. Даже у вымышленного Оскара были, несомненно, свои выдающиеся литературные достижения. Люди обязательно будут их помнить.

Самое великое достижение MELMOTH – бесшовная демонстрация смены статуса человека с «живого творца» на «легенду». Дейв показывает что смерть – это не конец, одновременно мастерски намекая, что когда старуха с косой придет за тобой, она заберет почти все, что у тебя есть. И это «почти» определяется твоим талантом, прижизненными достижениями, количеством воспоминаний, которые люди связывают с тобой.

MELMOTH – пик серии как драмы. Дальше Сим возвращается к продолжению идей, обкатываемых в CHURCH AND STATE, откровенно болтологическим посиделкам в GUYS, литературным экспериментам в GOING HOME, сатире (переходящей в прямое поклонение) религии в RICK’S STORY и LATER DAYS. Ни разу больше автор монументального авторского комикса не пожелает больше писать простые, но выразительные истории о самых обычных людях. Не поэтому ли вторая, «женская» половина серии – чтиво увлекательное, но рыхлое, радующее лишь местами. JAKA’S STORY был совершенным CEREBUS, созданным мастером, отточившим все свои навыки до неестественной остроты. Теперь же комикс клонится к закату. Медленно, неотвратимо.


Завтра MELMOTH закончится, а мы отпразднуем небольшой юбилей. До скорого…

воскресенье, 13 марта 2016 г.

CEREBUS. YEAR OF THE AARDVARK. DAY 148 - ISSUE 148


YEAR OF THE AARDVARK, DAY 148

 ISSUE 148 – MELMOTH NINE

Это конец…

"Предсмертная агония длилась почти девять часов. Ужасные звуки доносились из его нутра, точно некий огромный рычаг со скрипом поворачивался, медленно, неумолимо. Его члены пронизывала судорога, а глаза перестали реагировать на свет. Пена и кровь выступили на губах. Сколько бы Реджи и Робби ни вытирали багровую пену, она продолжала выступать. Реджи вышел на улицу в полдень, не в силах больше пребывать в комнате. Шум в горле Оскара нарастал, превращаясь из тихого утробного клекота в исполненный боли стон. В час вернулся Реджи и мы уже не покидали комнату до самого конца. Мы жгли письма чтобы отвлечься. Ушла медсестра, а ее место занял кто-то другой. Дыхание Оскара стало затихать. Его пульс стал нитеобразный. Стоило мне взять его за руку, как я почувствовал, что он уходит. Оскар глубоко вздохнул, приподнявшись над подушкой, вздохнул в последний раз. Его члены начали непроизвольно распрямляться – последний пароксизм болезни отступил. Он умер в десять минут третьего"...

Еще одна красивая обложка. На ней изображен достоверно воссозданный Симом и Герхардом номер отеля, в котором умер Оскар Уайльд. Перспектива «сверху» выбрана была, возможно, чтобы показать смерть поэта с самого выгодного угла – с точки зрения покинувшей тело души. Оскар на обложке уже непохож на себя самого, а в самом выпуске этот изможденный человек так и вообще ничего общего с обаятельным поэтом не имеет.

Сам выпуск… Он очень тяжелый. Это буквально задокументированная смерть, ужасная даже в простом пересказе Робби. Иллюстрированная же, она выглядит невероятно сильно. Места шуткам и гэгам нет – все двадцать страниц Сим воссоздает сцены, описанные Робби в письме: так на самом деле умирал Оскар Уайльд, испытывая немыслимые муки перед кончиной. Почти девять часов! Даже ужатые в двадцать страниц, они вселяют в меня страх. Все метаморфозы, через которые прошел поэт, показаны натуралистично. Пена на губах, выпрямление конечностей (всегда выглядящее ужасно в жизни), прочие муки. Это сильнейшее по своей эмоциональной составляющей потрясение для читателя, равному которому в комиксах почти нет. Даже наблюдатели, Робби и Реджи, проходят на наших глазах через суровое испытание, мучаясь от неимоверной нагрузки.

Сим, изображая смерть, избежал ее почти порнографической фетишизации. Он не смакует сцены и кадры, он словно свидетель, документирующий действительность. Изобразить описанное в письмах Робби можно было по-разному. Снимаю перед Дейвом шляпу – он достойно выполнил свою работу. Наблюдение за ухудшающимся состоянием Мельмота не чувствовалось как вторжение в его жизнь с целью ухватить пару острых эмоций, ужаснуться чему-то кошмарному, игнорируя главное действующее лицо. Наоборот, тем сильнее нам хочется закрыть глаза на последних страницах этого выпуска, чем больше мы наблюдали за финальными днями Оскара-поэта. Именно эмоциональные инвестиции в героя окупились сторицей, дав дивиденды в форме чистых эмоций – лучшего, что может подарить вам художественное произведение.

Выпуск отменно нарисован. На каждой странице изображено по одной-две панели, чувствующихся самостоятельными. Взаимодействий как таковых в этом номере нет, поэтому каждый кадр является иллюстрацией ключевых моментов тех суток, в течение которых происходило действо. Оскару, потерявшему человеческий облик, уделено не так много внимания, но при этом все повествование от начала до конца рассказывает о нем.


Назавтра назначены похороны Оскара. Я приду, чтобы с ним проститься, приходите и вы…

CEREBUS. YEAR OF THE AARDVARK. DAY 147 - ISSUE 147


YEAR OF THE AARDVARK, DAY 147

 ISSUE 147 – MELMOTH EIGHT

Он сидит на террасе кафе, расположенного на одной из улиц Айста. Поэт скверно выглядит: его волосы растрепаны, щеки впалые, излишний вес уродует фигуру. Но одет он с иголочки. В руках он держит маленький бокал.
Он отпивает глоток. Закрывает глаза.  Открывает их. Катая во рту жгучую жидкость, он старается запомнить этот момент жизни, этот миг, это мгновение, такое прекрасное, такое совершенное.
Стоит изумительная погода, нежаркая, но солнечная. Лучи касаются его лица, напоминая нежное прикосновение матери. Позади него – кафе. Оно сложено из белого и красноватого камня, и оба цвета кажутся поэту необычайно яркими, притягательными, впечатляющими. Он закидывает голову назад и смотрит на матерчатую ткань тента, натянутого над окном. Сквозь нежно-фиолетовый муслин пробивается свет. На втором этаже здания у окон приделаны цветочные горшки, в которых растет что-то зеленое, живое, бурно цветущее, радующееся солнцу так безответно, как люди испытывают любовь. Он переводит взгляд на кованое ограждение перед собой и дивиться аккуратной ковке и черноте металла, изгибающегося подобно лианам. Слышно щебетание птиц. А вот стая чаек пролетает над ним, высоко над ним, роняя свои крупные тени на его лицо, на стены кафе, на белоснежную мостовую перед ним.
Он пытается запомнить все его окружающее таким, каким видит его сейчас – изобилующим жизнью водоворотом полутонов и оттенков, скопищем чего-то невыразимо прекрасного, чего-то, что нельзя разложить на составляющие. Чего-то личного, бередящего душу. Чего-то недосягаемого…

Начнем, пожалуй, с кавера. Это самая красивая обложка из всех 300, созданных Симом или Симом и Герхардом. На ней изображен Оскар, пьющий предположительно абсент (к этой сцене нас отсылает упоминание чего-то похожего из письма Реджи). Помимо очевидных эстетических достоинств, кавер еще несет в себе смысловую нагрузку. Он отражает в себе внутреннее состояние поэта. Знаете, я часто слышал, что перед смертью человеку, готовящемуся умереть, выпадают два-три «хороших» дня. Когда болезнь, кажется отступает. Оскар, пьющий абсент, может как раз испытывать нечто подобное. Во всяком случае это действительно последнее изображение поэта живущего – уже в этом выпуске нам демонстрируют ужасающую сцену осмотра доктором Оскара, и из нее мы можем понять, что в ближайшее время больной обязан умереть. На кавере же поэт, может, и не источает бодрость, но несомненно наслаждается всем его окружающим. Мне также кажется, что столь сильно полагающийся на покраску кавер создан Симом намерено. Оскар словно завершает свой жизненный путь, и мир для него кажется более красивым, чем есть на самом деле. Посмотрите на композицию обложки, на ее покраску – кафе Айста выглядит красивее, чем окружающая нас реальность. А как удачно Сим додумался изобразить тени от пролетающей стаи птиц: без них рисунок был бы слишком статичным.

Этот номер не может похвастать динамизмом, да и вообще дробиться на отдельные сцены, не сильно влияющие на основной сюжет.  Арт в MELMOTH достиг пика: будь то простое изображение здания или визуальная метафора – дуэту художников все по плечу. Герхард показывает, что было бы, если он работал над серией с самого начала – флэшбек с Джакой, стоящей в теплице, сказочно красив. Сим добивается отталкивающей, почти документальной правдоподобности в изображении последствий смертельной болезни. Весь арк и этот номер в частности буквально сочиться атмосферой. Даже отдельные кадры выглядят как рассказывающие целостную историю иллюстрации: просто посмотрите на наш мини-городок ночью, нарисованный под текстом с письмом Реджи.

В этом же номере в качестве предисловия было опубликовано письмо Майкла Муркока, адресованное Симу. Писатель указывал Симу на его недостатки (нашедшие непосредственное отражение в его работе, то есть CEREBUS), но Дейв, как обычно, решил его проигнорировать, разразившись тирадой. Муркок, кстати, был большим поклонником комикса, но только до той поры, пока Дейв не начал проявлять женоненавистничество. Муркок также укорил Сима за «преувеличенное мнение о собственном интеллекте». Это тоже правда. Если часть комикса от попыток его автора продемонстрировать миру свои знания не страдает, то местами складывается впечатление, что Сим пишет трактат на интересующие его темы, выбранные не столько в угоду истории, сколько чтобы доказать, что он вам не какой-то комиксный писака каких множество. Чтобы понять насколько Сим беспомощен в попытках выставить себя умнее всех, стоит почитать хотя бы его ответ Муркоку.


А завтра… Завтра поэт умрет…

Избранное сообщение

"Банк-беглец" - Дональд Уэстлейк/BANK SHOT by Donald E. Westlake

BANK SHOT by Donald E. Westlake   Джону Дортмундеру осточертело выманивать у доверчивых домохозяек мелочь на пропитание. Но что по...