среда, 25 мая 2016 г.

SPECIAL - AMERICAN FLAGG! NOVELETTE PART 2


AMERICAN FLAGG!

Говард Чайкин/Александр Удовиченко

ТЯЖЕЛЫЕ ВРЕМЕНА.

ГЛАВА ВТОРАЯ.

-       Где они? – с ужасом в голосе спрашивала Кригера женщина-рейнджер.
-       Они приедут, - отвечал Кригер, пристально изучая темную улицу.
-       Они опаздывают на час. Они никогда до этого не опаздывали. – Вооруженный пистолетом молодой чернокожий щеголь сам не верил в то, что говорил.
-       Кригер, слушай, - обратилась к начальнику женщина. – У меня завтра утренняя месса. Может, они…
-       Они появятся, - Кригер нервничал.
-       Маловероятно.
  Рубен шел по направлению к ним. Спокойный. Расслабленный. Позади него был виден вертолет, чьи лопасти только завершали свои последние движения. На лбу Рубена были закреплены летные очки.
-       Ну, ну. Вечный жид вернулся, - поприветствовал его Кригер. – Хватай пушку, Флэгг. Ты можешь хотя бы попытаться остановить то, что начал.
-       Забудь, шеф. Я только что провел разведку штаб-квартир «Мутантов» и «Гладиаторов» с воздуха. Обе банды настолько обдолбаны, что не то что водить, а даже ходить не могут.
-       Они правда не приедут?! – К ним спешила Гретчен.
  Рубен кивнул, улыбаясь. Рейнджеры, услышав хорошие новости, несколько расслабились, начали перебрасываться шутками и опускать оружие. Даже Кригер выдавил нечто, похожее на смешок.
-       Это нужно отметить! – Гретчен повысила голос. – Выпивка за счет заведения! Давайте праздновать!
    Субботние вечера в плексомолле обычно были спокойными, скучными и скудными на события. Пять рабочих дней рейнджеры и обслуживающий персонал молла занимались монотонной работой, а вечером шестого собирались на парковке перед зданием, чтобы дать бой Психобанде. После этого мало у кого находилось сил веселиться. «Канал Любви» по субботам дохода не приносил. Заведение почти пустовало. Несколько пьяниц цедили свои напитки да уныло глядели на официанток, вертящих бедрами. Цифровое пианино, занимающее часть помещения возле круглого танцпола, покрывалось пылью. На нем почти всегда в такие часы спал Рауль, питающий слабость к красивым и дорогим вещам. Работающие под началом Гретчен девушки кота обожали. Тот отвечал им взаимностью, делясь своим бесценным кошачьим опытом и рассказывая разные байки. По субботам вывеску заведения – колоссальный лайтбокс, подпитываемый двумя тысячами лампочек – гасили, экономя электроэнергию, а цены на напитки чуть поднимали, разводя их на треть, а не наполовину. Стулья даже не снимали со столов, предпочитая, чтобы посетители сами занимались этим. Само собой, «Канал Любви» был заведением, где особая атмосфера порока, хорошая выпивка и приятная музыка были придатком, а не основным бизнесом. Обслуживающие рейнджеров девушки эти длинные вечера отводили на занятия менее интересные, чем охота на мужчин в почти не скрывающих ничего нарядах, но более практичные. Занимались стиркой, созванивались с родственниками, убирали свои комнаты. Кто-то отпрашивался и шел на другую работу, более приемлемую с социальной точки зрения. Гретчен никогда не пыталась помешать таким девушкам, даже использовала все свои обширные связи, чтобы устраивать жаждущих чего-то большего старлеток на работы официанток и горничных.
   Этой же ночью клуб был переполнен. Все праздновали маленькую победу нового рейнджера над Психобандитами. Пять лет каждую субботу одна из двух больших банд, насмотревшись «Боб Разбой» и выкурив все, что влезало в бонги, выпив все, что горело или разъедало краску, атаковала плексомолл. Рубен прослужил на посту рейнджера всего две недели, а уже положил конец печальной традиции. Сегодня все пили за него.
   Танцпол был забит целующимися парочками, выпивка лилась рекой, девочки отбоя не знали от бесконечно пересказывающих сегодняшнюю оборону молла рейнджеров.
   Мэнди, Рубен и Кригер пили, сидя за столиков в углу.
-       Отличая работы, Флэгг, - к ним подошел Си Кей в сопровождении своих роботов. На одного из них кто-то уже повесил венок из цветов. Второй был покрыт следами от губной помады.
-       Спасибо, ваша честь. Но это была идея Мэнди, не моя. Она построила «глушитель».
   Дочь Кригера отмахнулась. Сам же начальник рейнджеров раздувался от гордости за нее.
   Не успели они как следует пообщаться, как Рубен увидел знакомый силуэт в плаще, пристающий к Гретчен. Фарид-Хан лез к Гретчен с поцелуями, а та что есть сил пыталась отстраниться.
-       Я сказала «выпивка за счет заведения»! Не я! – Она мутузила Фарид-Хана по груди, но тот не обращал на это никакого внимания.
   Рубен нахмурил брови.
-       Я прошу меня извинить.
  Он встал и подошел к Фарид-Хану со спины. Схватил того за руку, слегка придушил . Каким-то образом глава «Гладиаторов» уже успел здорово набраться. Сопротивления он не оказывал, лишь вяло махал руками.
-       Черт, Сирил, - гневно сказал Рубен. – Ты меня обижаешь. Всего четыре часа прошло, как тебя выпустили по залог, а ты уже портишь мне жизнь.
-       Ххаккнгх! – попытался оправдаться Фарид-Хан, указывая на сжимающую его горло ладонь Рубена.
-       Рубен, - Кригер положил руку на плечо рейнджеру. – Давай без обид. Я пытался поступать по уставу. Давай, я снова отведу этого плохиша в камеру. А ты развлекайся.
-       О. Спасибо, шеф.
   Не ожидавший такого от Кригера Рубен ослабил захват. Фарид-Хан уже начал зеленеть, хотя мертвецкий цвет его лицу могло придать местное приглушенное освещение. Рубен передал бандита Кригеру, надевшему на распоясавшегося Сирила наручники и погнавшего его в направлении выхода.
   Си Кей и Мэнди поспешили за Кригером.
-       Тебе не кажется, что неплохо было бы сообщить Флэггу о завтрашнем его деле? – спросил Си Кей. – Ему не помешает выспаться.
-       Забудь, Си Кей, – зло ответил Кригер, постоянно пиная задержанного в спину. – Я представляю закон в этой дыре и никто, никто здесь в обход меня ничего не делает, не поплатившись за это. А что же касается завтра… Пошел он, если шуток не понимает.
-       Пап, хоть мне и тошно с тобой соглашаться по большинству поводов, - Мэнди бросила взгляд на Рубена, уже целующего Гретчен, - сейчас я с тобой полностью согласна.
    Рубен же полностью оказался во власти управляющей «Любовного Канала». Как только Кригер повел подвыпившего байкера к выходу, она, пригладив платье, подошла к рейнджеру. Гретчен поблагодарила Рубена. Музыка в заведении была громкая, поэтому она попросила Рубена нагнуться, а сама прошептала благодарность ему на ухо. И не только благодарности. Рубен не привык краснеть, но она его заставила. После они пили, танцевали, обнимались.  Он не сводил с нее глаз, а Гретчен в своем облачении, состоящем из длинных латексных перчаток, пояса с чулками и короткого красного платья с разрезом до бедра, не давала ему поводов думать о чем-то, кроме нее.
   В шесть утра она, вертя его галстук в руках, позвала Рубена к себе. Они покинули бар и пошли по пустому холлу плексомолла. Гретчен с трудом держала равновесие, она даже разулась и несла в руках свои туфли на высокой шпильке.
   Жилище Гретчен было двухэтажным. На первом этаже была гостиная, кухня и обширный гардероб. Рубен успел мельком осмотреть комнату, пока Гретчен ходила к холодильнику за бутылкой шампанского. Она явно жила здесь одна, прилагая все силы, чтобы квартира выглядела обжитой. Рубена позабавили занавески на окнах и цветы в горшках. Он улыбнулся.
   «Гретчен, ты полна сюрпризов».
   Она вернулась, неся в руках бутылку и два бокала. Они спустились по винтовой лестнице на нижний этаж. Он был разделен на две комнаты, но о его назначении догадываться не приходилось. Изображения чувственных женщин, приоткрывших рот в экстазе, занимали все стены. Широкая кровать стояла у дальней стены, застеленная черным шелком. Потолок в комнате был зеркальный.
-       Милая комната, Гретчен, - Рубен изучал коллекцию меховых наручников, валяющихся подле кровати.
-       Ой, ха-ха! – Гретчен споткнулась в очередной раз.
-       Ты уверена, что хочешь этого? Ты, похоже, выпила сегодня алкоголя столько же, сколько сама весишь.
-       Беззз проблееемм, - пропела Гретчен.
   Она подошла к проходу в другую комнату. Он был занавешен.
-       Дай мне пять минут переодеться, - маняще сказала она. – Нет, нет… не раздевайся. Я люблю мужчин в униформе. Особенно кожаной…
-       О. Ладно.
   После того как она ушла, Рубен налил себе шампанского и стал ждать. Когда спустя двадцать минут до него донесся храп Гретчен, он лишь вздохнул. Он заглянул в занавешенную комнату. Там стояла еще одна кровать, бывшая совсем уж громадной. Над ней был натянут секс-гамак, прикрепленный металлическими цепями к потолку. На нем и обвисла Гретчен, не успевшая даже раздеться. Рубен переложил ее на кровать, сочувственно окинул обитель греха грустным взглядом и сказал:
-       Ну и ладно. Я думаю, мне и в самом деле нужно выспаться.
   Он вернулся в свою крошечную комнату. Разделся, почистил зубы и забрался под прохладно одеяло. После безумной ночи уснуть ему было трудно. Рубен размышлял, надеясь, что его скоро смотрит сон.
   «Неплохая ночь. Работу свою сделал как надо… Совсем неплохая. Даже без дикого секса. Наверно, нужно было остаться с Мэнди. Уж она то не отрубилась бы. Но она ушла так рано. Хех, ее упущение. Да уж. Хороша ночка была… Похвала от мэра Блица… Черт, даже Кригер выглядел благодарным. Может, он не такой уж тупорылый урод, каким я его себе…».
   В этот момент коммуникатор в спальне Рубен зажегся. Краснолицый Кригер скалился:
-       Проснись и пой, Флэгг, - глумливо вещал Кригер. – Забыл тебе сказать, у тебя сегодня специальное назначение. Поработаешь телохранителем и водителем мэра Блица. Будь в аэропорту через час. И надень униформу. Вставай! Я сказал, через час!
   Экран погас. Рубен поднял веки, весящие, кажется, три тонны и подумал:
«А впрочем забудь. Ну что за урод!».
    Через час Рубен уже шел в сопровождении Си Кея к стоянке лимузинов аэропорта. Он был одет в униформу шофера – черные брюки и лампасами и белый пиджак, черную рубашку и тонкий, белоснежного цвета галстук. Чтобы не выглядеть сонным, Рубен перед выходом на десять секунд погрузил лицо в миску с холодной водой и плавающими в ней кубиками льда. Эта процедура и литровая чашка кофе помогли ему взбодриться.
   Утро только начиналось. Низкое солнце выглядывало из-за горизонта лениво и с опаской. Снег успел растаять, но холод стоял собачий. Кристаллы льда покрыли асфальт и стекла крупных бронированных машин, стоящих на стоянке. Мерседесы и линкольны напомнили коллекцию жуков-чемпионов огромного энтомолога.
   Си Кей семенил рядом с Рубеном, приспосабливаясь к шагу рейнджера. Он был бодр, весел и разряжен в пух и прах.
-       Ваша честь, просто ради любопытства: зачем я здесь? – спросил Рубен. – Оба ваших алюминиевых стрелка вышли из строя?
-       Нет, нет. Берт и Эрни в полном порядке. Все дело в Торли Ольхосубъекте Лейбовиц. Ее дочь, Эми, сегодня выходит замуж. У нее полно связей с ДЖДЛ, БИНАИ, британцами и прочими. Мы возьмем «Мерседес».
   Рубен взял ключ от роскошного, покрытого черным лаком восьмиметрового монстра. Машины была гибридом вездехода и авто, чьи гусеницы, распологавшиеся сзади по бокам, обеспечивали проезд по самым разбитым дорогам и возможность покинуть любое место боя, не рискуя застрять в двухтонной жестянке, сидя на спущенных колесах. Передняя же пара колес была из цельной резины без камер. Инновации в плане безопасности не могли испортить внешний облик машины. Мерседес выглядел обтекаемым и мощным, ретро-игрушкой с удивительно мощными внутренностями.
   В салоне из красной кожи и декоративного алюминия приятно пахло. Рубен устроился на водительском сидении и пристегнулся. Си Кей полез на заднее сиденье и курил вонючую сигару.
-       А что общего политическая власть мисс Лейбовиц имеет со мной? – спросил Рубен, поворачивая ключ в замке зажигания.
   Мотор заурчал, как демон, съевший грешную душу.
-       Вбей координаты, - приказал Си Кей. – 586, Биг-Джон. Езжай по войнопути в город. И не льсти себе, Флэгг. Ничего общего с тобой не имеет. Возникли проблемы с моими роботами.
   Они выехали из аэропорта и прогнали по однополосной дороге по направлении к Чикаго.
-       Мне нужно заручиться поддержкой Торли в назначенном на следующий год голосовании. Она пригласила меня на свадьбу своей дочери. Я обязан явиться, такова реальность. Ее раввин сказал, что роботам в храме не место. Так что я могу поделать?
-       Понятно, - ответил Рубен и разговор сошел на нет.
   Окрестности Чикаго занимали фермы - брошенные, сгоревшие или вполне функционирующие - и леса. Сбросившие листву дубы обступали дорогу, нависая над машиной корявыми монстрами из детских сказок, протягивая к надраенному до блеска капоту сучковатые руки-ветви. Дорога стала ровнее, когда они приблизились к городу. Рубен осматривал разрушенные до основания частные жилые дома. Бывший элитный район, застроенный коттеджами, был уничтожен и разграблен много лет назад. Стаями среди гнилых досок, вспучившегося от бушующей под ним зелени асфальта и остовов сгоревших гаражей бродили кошки и собаки. Птицы разнесли по округе семена кукурузы, и теперь вдоль дороги кучками виднелись побитые морозом черные стебли.
   Мусор вроде ржавых остовов машин с дороги убрали. Рубен уверенно вел «Мерседес», не опасаясь заторов.
-       Знаешь что-нибудь о баскетболе? – спросил вдруг Си Кей. Однообразный пейзаж заставил его скучать.
-       Только то, что он запрещен. Точно также, как и любой другой организованный спорт. Почему вы спра… - он заметил впереди вспышку и поспешил оповестить мэра Блица. – Впереди видна перестрелка. Я не могу различить повязок у них на рукавах…
   Впереди перед собой Рубен видел, как среди руин бывшей пиццерии с возведенного прямо под снесенной крышей здания форпоста боевики палили по высунувшемуся из-за угла разведчику. Тот прятался за уменьшающейся с каждым выстрелом кирпичной кладкой. На помощь ему поспешили несколько человек  в броне, украшенной свастикой. Раздался «ффумп» гранатометного выстрела. Засевшие в пиццерии попадали на пол, закрывая головы руками. Мина разорвалась в ста метрах от «Мерседеса», чудом не задев автомобиль. Рубен потянул за рычаг управления и остановился. Начался уличный бой. Обе стороны использовали автоматы и крупнокалиберное оружие, пытаясь выдавить друг друга с территории. Рубен хотел было объехать перестрелку, но другой дороги в город просто не было. Он на минимальной скорости приблизился ко въезду в Чикаго. Толстые стекла авто не могли приглушить грохот выстрелов.
-       Я видел начало всего этого по «Круглосуточной Перестрелке» пока брился, - Си Кей, казалось, не был испуган. – Это сражение между «Конфлагом Протестующих против Комендантского Часа» и «Марокканского популярного фронта освобождения».
  Рубен не слышал ни об одной из вооруженных группировок. Кто из них Марокканцы? Те, кто носит свастику? Или парни в разношерстной броне цвета бывшего французского флага? К превеликому удивлению Рубена машину, вырулившую прямо на заваленную хламом улицу не начали обстреливать. «Ах да, правила», вспомнил Рубен их первую вылазку на территорию города вместе с Кригером. Две группировки не прекратили огонь, но он стал куда менее интенсивным. Появление дорогущей машины дало возможность бойцам переломить ход боя. Солдаты начали занимать новые позиции, перебегая к укрытиям, занимая вторые этажи домов, забираясь в вырытые в асфальте траншеи. Приверженцы фашизма, наглухо задрапированные в металлические доспехи, использовали «мерседес» в качестве прикрытия. Не менее пяти человек, один из которых нес огнемет, пригибаясь, бежали у борта машины. Си Кей бесстрастно взглянул на них, опасаясь, видимо, не за свою жизнь, а за краску машины. Рубен ехал вперед, намереваясь свернуть в первый свободный от мусора переулок. Такового пока видно не было – все проулки были завалены мусором либо заложены кирпичом.
-       Плекспикс правильно поступает, что ставит на Готтердаммократов, играющих в защите, - Си Кей налил себе шампанского. – Ты когда-нибудь видел баскетбольную игру в живую?
-       Давным-давно, - Рубен следил за дорогой, опасаясь мин. – На виддубликате пятнадцатого поколения. Я видел «Голландских Путешеств…»…
-       Гарлемских, - поправил его Си Кей.
-       «Гарлемских Путешественников». Разве нам не стоит вмешаться в…эм… размолвку? – спросил Рубен, рассчитывая на отрицательный ответ. Формально, долгом Рубена-рейнджера было противостояние бандам, вроде тех, что сейчас окружали их машину. Но Рубен ведь сегодня был не на службе.
-       Нет. – сказал Си Кей.
 Рубен обмяк.
-       Сохранение нейтралитета в бандитских разборках всегда было моим приоритетом, - продолжил мэр. – Особенно сейчас, перед выборами.
  Они поехали дальше. Минуя бедные районы, они выехали на федеральное шоссе. Развалины вдоль дороги медленно уступили место современным зданиям. Рубен увидел первых жителей, бродящих по тротуарам, преисполненных своими заботами. Бедняки, бездомные, работающие в ночную смену люди снуло, точно роботы, шли вперед, не обращая внимание на мчащуюся по дороге роскошную машину. Кто-то жевал хот-дог, кто-то читал газету. Рубен въехал в жилой район. Кондиционер машины тут же натянул в кабину смесь запахов еды, гнили, засоренной канализации, жарящегося нечто, мыла, немытых тел. Си Кей поморщился и нажатием двух кнопок на консоли вмонтированной в спинку кресла Рубена, включил турбообдув.
   Светофоры не работали, поэтому Рубен снизил скорость. Люди просто перебегали дорогу по собственному желанию, часто выскакивая прямо перед машиной, позабыв об опасности.
   Чикаго жил своей жизнью, отличной от плексомолла.  Люди выстраивались в очереди за едой, приготовленной в полевых кухнях. Взрослые тащили куда-то детей, может, в школу. Малышня сопротивлялась или молча сидела на закорках у родителей. Вдоль дороги стояли торгаши, спекулянты, перекупщики, менялы. Потрясая пачками с контрабандными сигаретами или стопками кредитов, они кричали во все горло, рекламируя свои услуги. Скучающие женщины выглядывали из окон. Они курили и проверяли, высохло ли белье, развешенное на балконах, да отгоняли голубей, охотящихся за остатками пищи. Ломбарды распахнули свои двери, в которых, как правило, стояли охранники-качки, сжимающие бейсбольные биты в руках.
  Проехав с десять кварталов, Рубен влился в небольшой поток машин. Таксисты спешили по своим делам, развозя клиентов и безостановочно болтая. Частные авто, маленькие, облезшие, часто ржавые, медленно ехали по своим делам, шугаясь громадного «Мерседеса». Рубен видел ассенизаторов, выкачивающих что-то из канализации. Пожарную машину. Грузовик, тянущий за собой контейнер. Дом на колесах, чьи деревянные бока нуждались в ремонте.
 На улицах Чикаго говорили на добрых двух десятках языков, и сейчас смешанный гомон родной и иностранной речи начал проникать в «Мерседес» сквозь опущенные Си Кеем окна. Мэр Блиц осматривал свои владения. Только он знал, где в этом городе происходят самые крупные сделки, заключаются самые выгодные контракты или ведется самый прибыльные нелегальный бизнес (в котором он, несомненно, участвовал).
  Рубен дивился чудесам архитектуры Чикаго, как вдруг машину здорово тряхнуло. «Мерседес» повело в сторону. Прохожие в панике разбежались перед виляющим что есть силы по тротуару черному бронированному саркофагу. Рубен сумел избежать аварии. Он вернул машину на трассу. Оставив вмятину в корпусе «Мерседеса» другой автомобиль – вишневого цвета гигант представительского класса, выглядящие еще более дорогим, чем транспорт Си Кея – промчался мимо них.
-       Что за черт? – заорал Рубен. Он не успел сообразить, что это была авария. Перед его мысленным взором все еще стояли сжимающие оружие нацисты. – Я думал, здесь соблюдается перемирие!
-       Это не бандиты! – Си Кей поправлял слетевшие с носа очки. – Это машина Рыжего Дага МакЭффи. Паскуда! Он охотится за моей должностью уже который год.
 Лицо Си Кея стало злым. Он вдруг перелез через окно, отделяющее пассажирскую секцию «Мерседеса» от водительской.
-       Отпусти руль, - рявкнул он Рубену.
  Тот повиновался. Мэр Блиц быстро направил машину вслед за удаляющейся вишневой пулей МакЭффи. Пейзаж за окном стал мелькать с ужасающей скоростью. Си Кей ловко лавировал в разреженном потоке машин. Рубен же вцепился в подлокотники, смотря как мэр, не отпускающий ни на секунду из поля зрения машину конкурента, сокращает расстояние между их авто и богемным танком  МакЭффи. Си Кей рулил одной рукой, а второй молотил по клавиатуре контроля поездкой. На экране, вмонтированном в приборную панель «Мерседеса», загорелась команда. Мэр Блиц подтвердил ее нажатием кнопки. Рубена вжало в кресло. Машина рванула вперед с безумной скоростью. Рев гусениц, месящих городской асфальт, поглотил собой все остальные звуки.
-       Я знал, что краутская турбо-опция когда-то пригодится! – ликовал Си Кей, нагоняющий авто конкурентов.
-       Осторожнее ваша честь! – Предупредил Си Кея Рубен. – Вы врежетесь в него!
-       У меня появилась возможность…
 «Мерседес» протаранил бок машины МакЭффи. Лимузин выдержал удар, но его запасное колесо, крепившееся на боку, оторвалось и с грохотом поскакало по улице.
-       … убрать МакЭффи из предвыборной гонки…
  Еще удар. Лимузин потерял управление, сбив нескольку мусорных баков и киоск с газетчиком.
-       … навсегда!
  Си Кей в третий раз заставил «Мерседес» садануть лимузин. Водитель вишневого гиганта не справился с управлением. На полной скорости, теряя колпаки, машина врезалась в бетонную стену здания на углу. С оглушительным хлопком вылетели все окна лимузина, обдав волной мелких осколков проезжую часть. Кабину авто сплющило, точно банку из под газировки. Гусеницы отвалились. Из-под изуродованного капота повалил дым, а потом лимузин взорвался. Пожар принялся лизать стену здания. Клубы уголньно-черного дыма взметнулись вверх, хорошо видимые из любой точки Чикаго.
  Си Кей передал руль Рубену, как только они отъехали на пару кварталов. Навстречу им мчались пожарные машины.
-       Не нужно смотреть на меня своими жалостливыми глазами, - произнес мэр Блиц, закуривая новую сигару и приглаживая костюм. – Это была самооборона… - тут он посмотрел на Рубена своими маленькими глазами, сделавшимися жесткими и проницательными. - … а я ведь мэр?
  Он сформулировал последнее предложение как вопрос, но Рубен знал, что дискутировать Си Кей не намерен. Он молча кивнул и направил машины по заданному адресу.
  Спустя пятнадцать минут они уже были на месте. Все пространство перед небоскребом было запружено дорогими машинами и стекающимися к охраняемому входу людьми. На входе был установлен КПП: из-за груды мешков с песком гостей встречали две зенитки. Трое рейнджеров проверяли личности гостей. Еще пятеро стояли поодаль в полном боевом обмундировании, вооруженные автоматами. Гостей гоняли через металлодетектор, заставляя всех опустошать карманы и избавляться от любых металлических предметов.
   После бесконечно долгой церемонии соблюдения правил безопасности гостей провожали в холл здания – подземный бункер, голографически задекорированный специально по случаю. Голограмма веселеньких обоев удачно скрывала серость стен и вьющуюся, точно лиану, проводку. Флуоресцентные лампы в бункере заменили на куда более современные, чей свет не предавал коже мертвый оттенок. Рубен, несмотря на старания батальона планировщиков свадьбы, чувствовал себя неловко. Он и окружающие его люди находились глубоко под землей в месте, излучающем тревогу, как ты его не приукрашивай. Бетонные стены, двери толщиной в полтора метра, полное отсутствие каких-бы то ни было архитектурных излишеств, помимо прямых углов, присутствующих в бункере во всем их многообразии – Рубен, следуя за проворным Си Кеем, рассекающим толпу подобно пузатому ледоколу, бороздящему моря из сатина шелка и атласа, не мог отделаться от ощущения, что это место было зловещим и неподходящим церемонии. Сюда богачи и политики спускались, чтобы пережить бомбардировку, а не пить шампанское и есть крошечные канапе. Рубен вспомнил рассказы о людях, вынужденных есть друг друга в таких вот запертых бункерах. Это как раз Рубен отлично мог себе представить, благо бетонный саркофаг буквально источал атмосферу безысходности.
   Рубен решил отвлечься от неприятных мыслей. Он осмотрел толпу. Сплошь богачи. Мужчины были либо в строгих смокингах цвета золы, либо экстравагантных вечерних костюмах, снабженных большим количеством рюшей и аксельбантов, чем было волос на голове у их носителей. Женщины стремились перещеголять друг друга в умении носить одновременно строгие и весьма открытые платья. Группками между гостями стояли рейнджеры при оружии. Множество мужчин также носило разнообразное нелетальное оружие, сделанное из дорогой керамики. Это было для них, как подумалось Рубену, способом в очередной раз продемонстрировать статус. Просто еще один аксессуар вроде запонок или золотой булавки для галстука. Сколько из постоянно поправляющих съезжающую кобуру под мышкой мужчин здесь умели стрелять, лучше было не задумываться.
   Пока одна группа людей охала и ахала при виде стола с подарками, на котором были свалены пищевые процессоры, оружие и бронижилеты, другая накинулась на закуску. Рубен поморщился при виде рубленой печени. Он набрал себе на крошечную тарелку немного омаров и сыра, а заодно добавил к ним оливки и вкусно пахнущую чесночную булочку.
-       Развлекайся, Флэгг, - сказал ему Си Кей, уходящий куда-то под руку с облаченной в невероятно дорогой туалет красивой пожилой женщиной, ранее приветствовавшей Рубена с достоинством, свойственным только потомственным аристократам. – Мне нужно кое о чем личном переговорить с миссис Лейбовиц.
-       Мистер Флэгг, - Рубена потянули за рукав.
  Он обернулся. Рядом с ним стояла молодая девушка, чей пышный наряд цвета спелого винограда, не мог скрыть ее потрясающей фигуры.
-       Привет! – поздоровалась она. – Я Дагмар Лейбовиц, сестра невесты.
-       Здравствуйте. Зовите меня Рубен.
   Рубен поцеловал протянутую ему руку в длинной перчатке. Дагмар Лейбовиц зарделась от удовольствия.
-       Я считаю, вы были просто превосходны в роли Марка Траста, - заявила она. – Я собрала все ваши аудиовиды. Могу я задать вам всего два вопроса?
  Общение с фанатками было для Рубена не в диковинку. Он уже примерно представлял себе оба вопроса.
-       Прошу, - подбодрил ее он.
-       Фанфакс говорит, что вы еврей. Это правда?
  Об этом Рубена спрашивали нечасто. Поклонницы его творчества, как правило, интересовались, не носит ли он специальный гульфик во время съемок, который зрительно бы увеличивал все, что тому положено.
-       Да. Второй вопрос?
-       Не хотите уединиться со мной в дамской комнате?
  Этот же вопрос в различных его вариациях Рубену приходилось слышать множество раз. Он поставил на стол тарелку с угощением и взял мадам Лейбовиц под руку. Та уже покусывала губы от нетерпения.
  Дамская комната здесь запиралась, что Рубен счел странным. Они с Дагмар успели как следует позабавиться. Их отсутствие, похоже, никого не волновало. Когда они одевались, Дагмар, поправляя прическу, проворковала:
-       Погоди, я расскажу об этом Мириам и Розали…
-       В самом деле… - хотел было запротестовать Рубен, но тут из холла раздались звуки выстрелов.
   Он запихнул перепуганную Дагмар в кабинку, приказав ей не высовываться. Сам достал из кобуры «Снежок». Пинком он распахнул дверь, выбежав из туалета в холл. Перестрелка набирала обороты. Гости валили мебель, укрываясь за столами и шкафами. Дорогие угощения хлюпали под ногами, осколки хрусталя лежали в лужах шампанского. В закрытом помещении хлопки пушек усиливались десятикратно, грозя лишить всех участвующих в ней слуха.
   Рубен завидел скорчившегося под столом Си Кея. Тот истошно орал «Флэгг, Флэгг!», перемежая возгласы с матом. Сидящие рядом с ним джентльмены отстреливались из своих пушек. Их дамы же палили из безбойковых револьверов, сделанных на заказ. Дамские модели успешно справлялись со своей задачей. Рубен видел, как засевшая на другой стороне превращенного в поле боя холла группа гостей редеет. На полу лежали, сжимая неизвестно как пронесенные скорострельные пулеметы в мертвых руках, франты.
-       Я ранен, я ранен! – заорал вдруг Си Кей, завидев на своем фраке багровые потеки.
-       Ваша честь, это лишь вишневый соус, - успокоил его Рубен. – По ком я стреляю? Это нацисты? Они не похожи на арабов.
-       Ни те и ни другие, - ответила ему знойная красавица в белоснежном платье, орудующая полуавтоматическим пистолетом. – Это свободные агенты, работающие шабесгоями. Наемники воинствующих хасидов. Хасиды против браков между родственниками, несмотря на то что Майкл, - она указала на не спускающего с нее взгляда мужчину с безукоризненной внешностью, - обращенный. – Я Эми Кланахан. Невеста.
  Она подстрелила кого-то из хасидов, взвизгнувшего и уронившего пушку на пол. Майкл от нее не отставал, разряжая обойму в холодильник со льдом, служивший укрытием атакующим.
-       Привет. Только что встретил вашу сестру.
  Не отличавшийся манерами Си Кей, улучив момент, напомнил о себе:
-       Когда закончишь лясы точить, немедленно забери меня отсюда! – орал он Рубену.
-       Прощу прощения, ваша честь.
   Рубен соображал. Выход был у них за спиной, но отступать было невозможно. Хассиды вели слишком кучный огонь. Высунувшегося справа от Рубена охранника повалили на пол выстрелом в грудь. Бедняга хватался за сломанные ребра и плевал кровью.
-       У меня появилась идея, - сказал Рубен. – Разрядите свое оружие, - велен он Си Кею. – И вставьте туда мою обойму.
   Он подал мэру обойму «Снежка».
-       Осторожно, - предупредил Рубен. – Это сомнамбутол. Теперь с вашего позволения…
   Рубен забрал у Си Кея его револьвер. Взвесил его в руке.
-       Эми, - отдал он приказ, - ты продолжай палить. Майк, помоги мне.
-       Эй, паштет из печени зашевелился! – заорал самый внимательный из хасидов.
  Это было правдой. Огромный вылепленный из закуски танк кренился набок, покидая свое блюдо. Рубен и Майк рывком опрокинули стол на подступающего бандита. Того поглотила гора рубленой печенки. Вслед ей Эми выпустила несколько пуль.
-       Живо! Бегом! – скомандовал Рубен.
   Он прикрывал бросившихся бегом в вестибюль Эми и Си Кея. Майкл остался с ним.
-       Вперед, Си Кей! – погоняла мэра Эми. – Двигай! Ты обещал подбросить нас  в аэропорт, а мы спешим на самолет.
   Рубен похлопал Майкла по плечу. Тот поспешил догнать свою невесту и мэра Блица.
-       Как только доберешься до вестибюля, дай мне знак! – сказал ему Рубен.
-       Сейчас! – крикнул Майкл, оказавшись в безопасности.
  Рубен прицелился и выстрелил. В отпускаемых дозах сомнамбутол представляет собой расслабляющий галлюциноген, относящийся к группе барбитуратов. В промышленных же (а именно такими дозами стрелял «Снежок», чей боезапас покоился внутри оружия Си Кея, которое сжимал Рубен) он применяется Плексом для сдерживания толпы.
   Пушка Си Кея издала звучный «моу», поле чего выплюнула дозу наркотика. Рубен особо никуда и не целился, зная о концентрации сомнамбутола с обойме. Стоило белому шару расколоться о ножку стола, как все в комнате моментально погрузились в глубокий сон. Мозг у гостей отключался так быстро, что не успевал подать необходимые сигналы телу. Все спали стоя, склонив головы. Руки, еще недавно держащие оружие, безвольно спадали вдоль тел мужчин и женщин. Отрывистый лай пистолетов сменился дружным посапыванием.
   Рубен догнал мэра и молодоженов. Они покинули бункер, выбежав на улицу. Охрана лежала на асфальте. Перед входом был припаркован грандиозный черный броневик, чей водитель нервно озирался, а, завидев выбегающих гостей, направил на них дуло своего оружия.
-       Что это? – спросил Рубен.
   Майкл одним выстрелом отправил водителя к праотцам.
-       Их машина для побега, - заметил он. – Водитель был моим одноклассником из Лайолы.
   Уже через секунду все четверо сидели в «Мерседесе» мэра Блица. Си Кей первым делом начал возиться со своей консолью.
-       Пристегнитесь, - велел Рубен. – Они будут в отключке еще с час. Я сделал так, чтобы этой кучке ублюдков было чрезвычайно сложно избежать наказания.
   Они не успели тронуться, как из заднего отсека «Мерседеса» вылетели две небольшие ракеты, чьей целью был транспорт хасидов. Броневик взорвался так, будто был начинен динамитом. Башня улетела на противоположную сторону Чикаго. На месте машины оставалась лишь воронка да рваные куски искореженного металла.
  Рубен посмотрел на Си Кея. Тот молча похлопал его по плечу и попросил поскорее убираться отсюда.
   Без дальнейшего кровопролития тяжело бронированный спидстер доставил четверку в плексомолл. Рубен с радостью встретил щит, извещающий, что он «въезжает в зону активных минных полей». Лучи прожекторов освещали темное небо, в котором над заданием молла завис современный моторизированный дирижабль. А вот шаттлов, заходящих на посадку, не было видно.
-       Вы двое можете перестать переодеваться в походную одежду. Корабль опаздывает. Как всегда. – Си Кей пыхтел своей сигарой, подначивая молодоженов.
 Вчетвером они направились к посадочной площадке шаттлов. Эми и Майкл, теперь внешне никак не отличающиеся от простой пары туристов, в сопровождении Рубена и мэра Блица поднялись на второй этаж молла по эскалатору.
-       Ваша честь, - обратилась к Си Кею Эми – Вы можете не сопровождать нас дальше.
-       Эми, я пообещал твоей маме, что  провожу вас до самих ворот.
-       Что-угодно ради еврейского голоса в свою пользу, а, Си Кей? – Эми подмигнула принявшему обиженный вид мэру.
-       Эми, ты меня оскорбляешь. – С кривой улыбкой на лице произнес Си Кей.
  Внимание мэра отвлек проходящий мимо высокий мужчина в военной форме. Мэр раскланялся, поцеловал Эми в щеку и пожал руку Майклу. После извинился и побежал вслед за военным.
-       Эрнесто, - воскликнул Си Кей. – Что привело тебя сюда?
  Эми и Майкл прощались с Рубеном.
-       Я и Эми, мы хотим сказать, - Майкл, казалось, слегка был смущен чем-то, - Ну… На видео… Я всегда думал, что ты, как бы это сказать, заднепроходный, но… Ты не голубец, Рубен.
   «Видимо так богатые люди проявляют свою благодарность», подумалось Рубену. Однако Майкл, все еще неуверенно переминающийся с ноги на ногу, кажется, говорил от всего сердца. Рубен протянул ему руку:
-       Спасибо, Майк. Удачно повеселиться в Рио вам обоим.
  Эми поцеловала его в щеку. Майк похлопал его по плечу. Молодожены направились к лифту.
  Си Кей же беседовал с Эрнесто.
-       К чему золотые косы? – спросил мэр, указывая на украшающие парадную униформу Эрнесто аксельбанты.
-       Синьора Де Ла Кристо должна нанести нам визит.
-       Де Ла Кристо из «Четвертого мира индастриз»? – присвистнул Си Кей. – Черт. Хотел бы я, чтобы ты меня предупредил. В ее честь неплохо было бы устроить официальный прием. Нас нечасто посещают особы, наделенные ее статусом.
    К ним подошел Рубен.
-       Ты уже знаком с нашим новым плексус-рейнджером? Рубен Флэгг…– спросил Си Кей, указывая на Рубена.
-       Что-то я запамятовал, - произнес Эрнесто, изучая лицо Рубена.
-       Эрнесто Кляйн-Эрнандез, - представил военного Си Кей. – Наш местный представитель «бразильского объединения Америк».
-       А мы, похоже, уже встречались, - улыбнулся Эрнесто. – Но не формально.
  Рубен напряг память. Ах, да! Тот самый пассажир, с которым он летел с Марса! Только он не выглядит, будто не спал вечность, а к лацканам его униформы приколоты добрых полтора десятка военных регалий.
-       Я хотел бы попросить прощения… - начал Рубен.
-       Без проблем. Приятно познакомиться, мистер Флэгг. Моя жена обожает ваше шоу.
  В этот момент СИ Кей отвлек Эрнесто, указывая на распахивающиеся створки лифта.
-       Это должна быть Де Ла Кристо, - быстро сказал он, приосанившись.
-       Эрнесто! Liebe shatz! – воскликнула появляющаяся из лифта особа.
 Синьора Де Ла Кристо была молода, взбалмошна, красива и очень богата. Она явно злоупотребляла косметикой, хотя ей это было ни к чему. Присмотревшись к ней, Рубен решил, что главная черта синьоры Де Ла Кристо – отсутствие меры во всем.  Ее лицо украшали слишком яркие румяна, на пальцах блестели целых десять золотых колец, а платье было на один размер меньше, чем нужно.
-       Как же чудесно видеть тебя здесь, - синьора Де Ла Кристо уже кинулась обнимать Эрнесто. – Не размажь мне макияж.
-       Ой! – сдавленно крякнул Эрнесто.
-       И шляпку не задень!
-       Ты потрясающе выглядишь, Эстер,  - все еще находящийся в плену объятий, Эрнесто начинал краснеть.
-       И сережки!
  В лифте с этой громогласной женщиной поднимались на второй этаж два человека. Мужчина, судя по всему, слуга синьоры Де Ла Кристо, на чьем лице застыла мука человека, попавшего в ад при жизни, и сжимающего маленькую, беспрерывно повизгивающую собачку, выведенную, как казалось, в результате неудачного генетического эксперимента, включающего в себя крыс. У него было вытянутое лошадиное лицо, все изрытое следами от оспы. Он был тощий, высокий и слегка ссутулился. Носил строгий костюм, длинный плащ и непомерно пышные рубашки с рюшами.
  Вторым была женщина-пилот. Она с неодобрением смотрела на синьору Де Ла Кристо и ее мерзкого пса.
  Слуга с собачкой смирно встал позади Эстер. Женщина-пилот подошла к мэру Блицу.
-       Привет, Си Кей, - поздоровалась она.
-        Кристал! – просиял Мэр.
 Рубен вспоминал, где он мог видеть эту красавицу. Кристал была очаровательна. Ни короткая стрижка, ни штатная униформа с подплечниками размером со сковородку, не могли скрыть ее красоту.
-       Могу я представить достопочтенного Чарльза Кинана Блица, мэра Чикаго, - сказал Эрнесто.
-       Очарован, - Си Кей прижался губами к ладони синьоры Де Ла Кристо.
-       Не сомневаюсь. Какой милый маленький мэр.
-       Мэм, ваша собака, - устало произнес слуга, поднимая уродливое, визжащее существо на уровень своего лица.
-       Конечно, - она взяла крысоподобное существо и пристроила его у себя на груди. – Иди сюда, querido, Чмоки-чмоки.
 Слугу чуть не стошнило, когда он увидел, как его хозяйка ласкает мелкое генетическое безобразие.
-       Ты можешь быть свободен, Флэгг. Берт и Эрни уже спешат ко мне, - Си Кей помахал ему рукой. – Вы слуга? – спросил он у тощего брюнета, счищающего собачью шерсть со своей рубашки.
-       Нет, сэр, - к непомерному удивлению Си Кея заметил брюнет. – Джон Шископф, фирма «Товарищ. Камни и драгметаллы».
 Рубен кивнул мэру и пошел вместе с Кристал в сторону своей квартиры. Он развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.
-       За два петропесо я бы утопила эту собаку, - весело заметила Кристал. – Огоньку не найдется?
-       Нет, э-э-э, капитан.
-       Старший пилот Си Джи Маракова, - представилась Кристал. – Ты всегда выглядишь таким изнеможённым, Флэгг?
 Рубен прикинул как он сейчас выглядит. Не спав двое суток. В помятом пиджаке, украшенном пятнами от соуса и рубленой печенки. Переживший перестрелку.
-       Это долгая история, - вздохнул он, - Скажем так, я сейчас на парах передвигаюсь. Что значат Си Джи?
-       Кристал Гейл. Мама и папа служили в русском посольстве.  Во время Распада. они моментально дезертировали и стали чистокровными красно-бело-синими… Стали настоящей парой капиталистов, такой, какой может быть только пара экс-коммунистов.
  У Кристал был очень приятный голос. Рубену он напоминал голоса джаз-певиц из далеких двадцатых.
-       Я родилась вскоре после того, как расплавился Нью-Йорк, - продолжала Кристал. – Меня назвали в честь какой-то поп звезды. В тебе ведь тоже течет русская кровь?
-       Я русский по матери. Что привело тебя сюда?
-       Как только ситуация здесь по-настоящему стала паршивой, отец продал брильянты, которые собирал всю жизнь, чтобы купить нам бразильское гражданство.
   «Это объясняет загар», подумал Рубен.
-       Он теперь владеет половиной Венесуэлы,  - они дошли до лифта, ведущего в жилой сектор. Кристал нажала на кнопку вызова. – Слушай, - сказала она, - я должна отметиться в офисе, а затем я свободна. Разреши угостить тебя выпивкой. Ты бы мог рассказать мне, как идут дела с этой стороны Луны. Я не была здесь с тех пор, как была ребенком.
-       Заманчиво, но я бы хотел отложить это дело на потом. Мне действительно нужно выспаться, - с сожалением сказал Рубен.
-       Как хочешь, - Кристал собиралась было зайти в лифт, но тут ее внимание привлекла спускающаяся с лестницы женщина, что-то им кричащая.
   Кристал обернулась к ней.
-       Эй, ты Флэгг? – женщина, как оказалась, обращалась к рейнджеру.
  Темнокожая и разодетая в кожу и подвязки, она выглядела так, будто только что сбежала с БДСМ-вечеринки.  Ее кожаный передник и бордового цвета плащ украшали сотни металлических заклепок и шипов. Копна выкрашенных в сливочный цвет волос ниспадала на красивое, но хищное лицо.
-       Да, - Рубен понятия не имел, откуда этой особе было известно его имя.
-       Медея, - холодно поприветствовала подошедшую женщину Кристал.
-       Кристал, - тем же ледяным тоном ответила Медея, не глядя на пилота. – Ты тот новый рейнджер, что дважды успел отправить Фарид-Хана за решетку? – она уже льнула к Рубену.
-       Да. –Рубен вдохнул аромат ее духов. – Это «Шалимар»? – учтиво как мог поинтересовался он.
  Ответом ему был удар в челюсть. Рубен лишь услышал жужжание полностью заряженного элекстро-кастета и попытался уклониться, но не успел.
-       Тему разговора не меняй, - зашипела Медея.
-       Медея! – вскрикнула потрясенная Кристал.
  В течении нескольких секунд бесчувственное тело Флэгга скользило по покрытому линолеумом полу плексомолла – неуправляемая ракета, представляющая лишь минутный интерес для прохожих. Инерция его, наконец, исчерпалась – штаны на заднице едва не протерлись от скольжения – и тело его замерло.
  Невдалеке от того места где теперь лежал Рубен, Си Кей прощался с Эстер.
     -      Позвольте сказать вам еще раз: добро пожаловать в Чикаго! – он исполнил полупоклон.
- Спасибо, господин мэр. Было приятно познакомиться с вами.
 Ее взял под руку Эрннесто. Мэр Блиц и его роботы удалились. Эрнесто и синьора Де Ла Кристо пошли своей дорогой.
-       Как проходят трансферы долей земли? – поинтересовался Эрнесто.
-       Чудесно. Вчера я разговаривала с президентом Сильвером. Он был в восторге от твоего предложения. Более того, он, похоже, ничего не ведает об интересах «Четвертого мира» относительно синдикатов, скупающих другие доли.
-       Пусть деревенские манеры Сильвера не вводят тебя в заблуждение, - предупредил Эрнесто. – Плекс о твоих планах знает все. Они крепко закрепились на марсианской стороне, и на Землю возвращаться не планируют. Они только что начали переговоры с  Пан-Африканской стороной относительно покупки Украины по очень выгодной цене.
-       Более выгодной, чем мы им предлагаем? – Эстер задумалась, но тут же продолжила. – Впрочем, не важно. Через год «Четвертый мир индастриз» уже станет гордым обладателем  бывших Соединенных штатов Америки. Планы? Какие планы?! – довольно сказала она.
  Они перешагнули тело лежащего на полу Рубена.
-       Что за бугай? – спросила Эстер.
-       Ты видела его недавно. Рубен Флэгг. Бывшая звезда-пустышка. Сильвер изгнал его: что-то с его родителями, бывшими слишком богемными по меркам Плекса. Депортировали его сюда в качестве пушечного мяса. Жаль. Хороший он парень.
-       Возможно, - Эстер покачала головой. – Но все же то, что говорят о США, должно быть правдой. Они все здесь, - она глянула на лежащего без сознания Рубена, - алкоголики, наркоманы и дегенераты.
 К Рубену подбежала Кристал, уже успевшая отвесить Медее оплеуху. Та ушла, но не раньше, чем насладилась просмотром полета Рубена через холл.
 Кристал помогла Рубену подняться. Он оперся на локти и сел.
-       Божемой! – сказал он на русском. – Спасибо, Кристал. Ой, - он прикоснулся к лицу. – Что ударило меня? И почему?
-       Выглядит не так уж плохо, Кристал осматривая начинающий наливаться на скуле рейнджера синяк. – Это была Медея Блиц, подружка Сирила. Я ее остудила и отправила домой.
-       Остудила? Она напала на офицера при исполнении… - Рубен встал. Отряхнул одежду, проверил «Снежок».
-       Эй, боханк, - Кристал втолковывала ему, точно ребенку. –По губам читай. Медея Блиц. Дочь мэра!
-       Но…
-       Поверь мне, - успокоила она его. – Лучше забудь. Ты к этому привыкнешь. Привет, Мэнди!
  Мэнди и Джон Шископф спускались к ним по эскалатору. Модница Мэнди была разодета сегодня в зелено-оранжевый костюм и пышные баллоноподобные штаны.
-       Джон Шископф, это плексус-рейнджер Рубен Флэгг. – Сказала Мэнди. – Старший пилот Маракова, все в таком духе. Привет, Мэнди.
-       Приятно познакомиться, мистер Флэгг. Обожал ваше шоу. Вы здесь законником устроились теперь? – Шископф посматривал на начинающую заплывать левую сторону лица Рубена.
-       Законником. Младшим… Что привело вас в Чикаго, мистер Шископф?
-       Я торговый агент «Драгоценных камней Товарища», - с этими словами Шископф извлек из внутреннего кармана плаща небольшую черную коробочку. – Рекламирую новую линию рождественских украшений «Ностальгия».
  Он достал из коробочки золотые ювелирные изделия. Мэнди и Кристал они заинтересовали куда больше, чем выжатого досуха Рубена.
-       Советские ювелирные украшения, - как и любой торговый агент, Шископф не понимал, когда стоит остановиться. – Сережки и запонки «Красная Звезда», вырезанные из цельного рубина. Подвески «Серп и Молот»? Двадцатичетырехкартаное золото?
Рубен не стал огорчать мистера Шискофа сведениями о своей зарплате.
-       Мило, - сказал Рубен. – Если вы меня извините… У меня был долгий день. Пойду задам храповицкого. Спокойной ночи.
  Совершенно измотанный, он отправился к себе в номер. Принял душ, заснув под струями теплой воды и, поскользнувшись, чуть не сломал себе шею. Растянувшись на холодной простыне, Рубен пытался осмыслить все, что произошло с ним за этот удивительно длинный и богатый на приключения день.
«Дочь Мэра, ха! С кумовством в малых дозах я готов смириться. Но черт возьми! Этот город сочиться коррупцией. И еще одно… Электро-кастеты – зарегистрированное оружие, доступное только рейнджерам. Откуда она смогла раздобыть себе пару? Ладно, это, в принципе, может подождать».
Он уже засыпал, бормоча:
        - Советские ювелирные изделия?! Божемой!
    Прошло несколько дней, и Рубен начинал скучать. Его режим составляли одни и те же действия, доводящие его до отчаяния своей монотонностью. Он просыпался, шел в душ, завтракал. Восемь часов делил с Кригером комнату наблюдения, проникаясь отвращением к страдающему вуайеризмом начальнику рейнджеров. Пять раз в неделю посещал вечно пустующий спортзал. Там ему компанию составлял лишь страховочный робот-молчун, никак не реагирующий на подначки Рубена. Даже когда Рубен пририсовал роботу соски, железяка лишь выразительно уставилась на него своими глазами-визорами, отчего рейнджер Флэгг почувствовал себя невероятно одиноко и глупо.
   Конец скуке настал в тот день, когда на экране монитора Рубен увидел лицо Кристал.
-       Так просто тебе от меня не отвертеться! – Весело заявила она. – Как насчет поужинать вместе сегодня вечером?
-       Чудесно. Моя смена кончается через несколько часов. Где встретимся?
-       У тебя, - Кристал подмигнула. – Моя кухня – сплошной кошмар, да и подустала я от блюд «а-ля рапид».
-       Отлично. Скоро увидимся. Пока.
    Рубен сиял, предвкушая интересный вечер. Пока он разговаривал, Кригер принимал вызов.
-       Ладно, Генри. Мы сейчас же во всем разберемся. - Он дал отбой. Обернулся и бросил Рубену. – Фермерская полиция окружила пару бандитов, уличенных в увечии скота. Им нужна поддержка с воздуха. Приступай.
-       Черт возьми, Кригер! – вскипел Рубен – Моя смена заканчивается через час. Ты только что слышал, как я назначал свидание. Почему ты ничего не сказал?
-       По правде говоря, - Кригер исхитрился выдать свою самую мерзкую улыбку. – Мне просто нравиться портить твою личную жизнь. А теперь пошевеливайся! Иначе я дам тебе повод для жалоб!
   «Проклятый говнюк!». Рубен был вне себя от ярости. Он вышел из комнаты наблюдения и направился в раздевалку. Захватил свое обмундирование и взял ключи от вертолета.
   Быстрый транспорт вмиг доставил его на ферму «Атомный петух». Эта ферма была единственным настоящим успешным проектом Средневосточного триединого комитета по восстановлению, являясь чудом компьютеризированного, полностью автоматизированного агрокультурного процесса.
   Рубен осматривал комплекс с высоты. Вдали виднелось п-образное здание фермы, окруженное силосными башнями. Жилые комнаты примыкали к зданию с севера, образуя местное общежитие – уродливую мешанину двух-и трехэтажных зданий, достраиваемую по необходимости. Пастбища и загоны для скота занимали большую часть территории фермы. Прямоугольные загоны по периметру опоясывали рельсы, по которым шустро сновали роботы-уборщики, роботы-кормильцы и роботы-пастухи. Все рельсы сходились в центре фермы, где стояло накрытое солнечными батареями здание. Из него ежесекундно выезжали причудливой формы механизмы, отправляясь выполнять свой долг, выезжали автоматизированные комбайны и тракторы. Гигантские генераторы, питавшие ферму, были разбросаны среди полей незамерзающей пшеницы и устойчивой к морозам кукурузы, произраставшей круглый год. Желто-зеленое море колыхалось внизу, повинуясь ветру.
  Уши Рубена уловили звуки выстрелов из чего-то крупнокалиберного. Он решил связаться с вызывающими его военными.
-       Плексус рейнджер Рубен Флэгг вызывает «Атомный петух».
-       Слышу вас, рейнджер Флэгг. Это начальник полиции Генри Чунг…
-       Сонмнамбутол пробовали? Прием. – Спросил Рубен, заходя на новый круг. Он хотел увидеть, где военные устроили засаду на бандитов.
-       Не трать свой сомнам, - ответил Чунг. – Они оба носят непроницайки.
  Наконец Рубену удалось засечь где идет перестрелка. У края одного из полей, граничившего с лесом, стояли несколько комбайнов и три машины с символикой военной полиции на боках.
-       Мы между ними и их транспортом, - продолжил докладывать Чунг. – Настоящей развалиной. Она выглядит довоенной. Чтобы ты не делал, будь осторожен. Единственная причина, по которой мы должны из прищучить – эти идиоты ограбили нашу оружейную, похитив пару канистр термо-желе.
   Рубен присвистнул.
-       С учетом того, каким сухим выдался сезон и тому, как близко мы находимся к урожайным полям, это место может взметнуться вверх не хуже пятидолларового платья на десятидолларовой шлюхе. – Заключил Чунг. – Обожди…
   Бандиты, уставшие ждать развязки событий, начали привлекать внимание военных. Один из них, одетый в униформу цвета хаки и противогаз, скрывающий лицо, кричал:
-       Эй, узкоглазые! Время поджимает. Или вы даете нам возможность пройти к нашей машине или это поле сгорает до тла!
-       Ты что, сумасшедший? – орал напарник бандита, носящий канистры с термо-желе в рюкзаке за плечами.
-       Флэгг? – Чунг напрягся.
-       Я слышал, - ответил Рубен. – Вертолет заряжен «Нахт-махерами». Пусть твои парни переключат свои визоры в инфра-черный режим. Готовьтесь атаковать…
   «Нахтмахер» был дисперсионным устройством, разработанным «Круппвест Четвертый Рейх Технолоджис», для подавления толпы. Этим оружием пользовались советские войска, подавляя исламистское восстание в девяносто шестом. «Нахтмахер» поставляется в канистрах, начиненных порошкообразным веществом необычайно черного цвета. При контакте с поверхностью канистра выпускает порошок, мигом взмывающий в воздух и не оседающий в течение нескольких часов. Тьма, порождаемая порошком, абсолютно непроницаема и наступает мгновенно.
  Рубен сбросил канистру. Черное облако начало расползаться по кукурузному полю, как чернильное пятно по рисовой бумаге. Ветер был не в силах проникнуть сквозь завесу черной стены дыма. Растекшись по поверхности поля и поглотив бандитов, теперь истошно орущих, дым начал трепетать на ветру, как медуза, отказываясь рассеяться.
   Бандиты были дезориентированы. Они натыкались друг на друга в кромешной тьме, падали и вдыхали едучий дым.
-       Что случилось?- спрашивал тот, что нес термо-желе. – Ты… Солнце куда-то… Давай свалим, пожалуйста…
-       Отстань! – Второй бандит не поддался панике. – Помоги мне достать напалм. Если нам крышка, это место тоже сгорит.
-       Но мне страшно, - выдавил первый. – Я не хочу…
  В этот момент сзади к нему подобрался Рубен, уже успевший посадить вертолет. Он нацепил визор, настроил его на нужную частоту и, тихо крадучись между шуршащих стеблей кукурузы, начал приближаться к бандитам. Он схватил одного их них и выбил оружие у него из руки.
-       Эй! Погоди! – заверещал тот. – Я сдаюсь! Пожалуйста, не надо…
-       Продолжай кричать, Ральф! – С ненавистью в голосе произнес его напарник, целясь на слух. – Проклятый трус! Ты мне не брат!
  Он начал палить вслепую. Несколько пуль врылись в землю рядом с отпрыгнувшим Рубеном, но две или три продырявили неудачника-Ральфа. Линзы его противогаза обагрились кровью. Ральф упал на землю и задергался.
   У стрелка кончились патроны. Он запустил пистолетов во тьму и попытался бежать. Рубен ударил его по лицу рукоятью «Снежка». Раздался кошмарный скрежет, от которого Рубен поморщился.
-       Сукин сын! – выл бандит, пытаясь сплюнуть под своей маской. – Тьфу! Ты сломал мой… Тьфу! Черт! … зуб с цианистым калием. Теперь я никогда не узнаю, хватило бы у меня духу раскусить пилюлю самому.
  Рубен пришел в ярость.
-       Кто ты? – спрашивал он, тряся оседающего на землю бандита.
-       Мы до всех вас доберемся, - в горле у говорящего булькало, он уже почти шептал. – До вас, итало-брит-зионистких ублюдков…
  Шепот сменился нечленораздельным бульканьем. Тело обмякшего на руках у Рубена бандита забилось в судорогах и осело на землю.
-       Господи! – сказал Рубен.
  Он отпустил воротник куртки террориста. Снял маску. Позади него послышались шаги. К нему бежали шесть военных, вооруженных карабинами. Один из них остановился, чтобы положить на примятые кукурузные стебли анти-нахмахт гранату, разреживающую тьму. Налетевший порыв ветра мигом разогнал морок, приподняв черное облако, точно полог одеяла. Поднявшись на высоту около четырех метров, темный порошок напитывался кислородом и терял свои  свойства, оседая на землю чем-то вроде пепла. Из-за серых туч выглянуло солнце, словно проявившее интерес к разыгравшейся на кукурузном поле драме. Лучи света прикоснулись к выражающему сосредоточенность лицу Флэгга, стаскивающего с террориста маску-противогаз.
-       Извини, что задержались, - позади Рубена возник Чунг. Он выглядел примерно также, каким его представлял рейнджер. Лысеющий. Некогда бывший в хорошей физической форме, но пересевший с тренажеров на пончики. Некрасивое лицо. – Половина наших масок отключилась… Господи! – он посмотрел на лицо лежащего перед Флэггом преступника. – Это же…
-       Ребенок, - заключил Рубен. – Девочка лет, может, шестнадцати.
  Рубен смотрел на нее не отводя взгляд. У нее закатились глаза, а из открытого рта шла кровь, перемешиваясь с белесой пеной. На щеках ее были вытатуированы тонкие буквы АТВК. Тонкие шрамы пересекали ее нос и щеки. Уши были не проколоты, никакой косметики она не носила.
-       Второй тоже был ребенком, - Чунг указал на лежащего в крови мальчишку, наряженного ( Рубен заметил это только сейчас) в не по размеру большую униформу. – Мальчик, вроде. Не могу точно сказать. У него от лица мало что осталось. Ему лет тринадцать…
-       Что за буквы у нее на лице? – спросил Рубен.
-       У него тоже… - сказал один из военных. – А.Т.В.К.
-       Что-то знакомое? – спросил Чунг у Рубена.
-       Нет. Странно, - Рубен потер рукой подбородок. – У него тоже была капсула с цианистым калием во рту.
  Он обернулся к военным. Все с удивлением разглядывали юных террористов, но никто не произнес вслух то, что думали все остальные. Рубен же сказал:
-       Дети. Я не видел ребенка в течение многих лет…
   Военные забрали тела с собой на экспертизу. Чунг и Рубен побеседовали немного, обсуждая дикость ситуации. Потом военные, прихватив термо-желе, сели по своим машинам и отправились на базу. Обслуживающие ферму работники уже с осторожностью приближались к полю, на котором произошел бой. Когда Рубен поднялся на вертолете в воздух и бросил последний взгляд на ожившую ферму, работники уже огораживали черный участок поля для уничтожения.
 -       Это было ужасно, - Рубен выкладывал еду на тарелки. – Двое детей. И девочка словами не разбрасывалась: она мигом порешила своего брата.
  Он вернулся в плексомолл пару часов назад. Успел перезвонить Кристал и пригласить ее на ужин. Она пришла полчаса назад. Зашла в комнатку Рубена, чмокнула его в щеку и скинула плащ. На ней было надето лишь кружевное бюстье персикового цвета и широкие шорты.
  Сейчас она сидела за столом на кухне, поигрывая бокалом с вином.
-       Ты всегда был таким сочувствующим? – спросила она, поведя обнаженными плечами. – Ты знал, что эта работа будет опасной, когда устраивался на нее.
-       Не устраивался. Был призван. – Поправил ее Рубен, пробуя блюдо на соль. – В любом случае… Парни с фермы были больше озадачены, чем испуганы.
-       Это потому, что последний задокументированный случай деторождения случился лет пятнадцать, а то и двадцать назад.
  Он поставил перед ней блюдо со своей фирменной стряпней. Рубен кулинарными способностями не отличался, но итальянскую кухню любил, не жалея времени на эксперименты и выискивая новые рецепты еженедельно.
-       Чертовщина здесь какая-то происходит, сказал Рубен, садясь. – А, еще одно. Ты знаешь, что обозначает аббревиатура А.Т.В.К.?
-       Нет, - Кристал с удивлением смотрела на приготовленное Рубеном блюдо. – М-м-м… Пахнет вкусно. Что это?
-       Спагетти альфа карбонара. Тему разговора не меняй.
-       Я думаю, это моя обязанность менять тему разговора, - улыбнулась Кристал и подняла свой бокал. – У тебя при себе есть карта Американ-плекспресс?
-       Да, конечно, - Рубен выудил из бумажника карту и дал ее Кристал. – Зачем она тебе?
-       Затем, что тебе нужно поднять настроение.
  Кристал прикоснулась к экрану, вмонтированному в стену.
-       Будем смотреть «Марка Траста», - с хитрой полуулыбкой она листала список программ.
-       О, нет…
-       Тише-тише. Это для твоего же блага.
  Наконец она нашла необходимую программу. Рубен не смотрел на превью-экран, вяло ковыряя спагетти. От просмотра «Марка Траста» у него болела голова. Рубен считал, что все дело в идеальной голографической проекции, создающей на экране точный его образ. Голографический Рубен был точной копией Рубена, сидящего в кресле с кислой, как правило, миной. Это было похоже на внезапные воспоминания, которые никогда не происходили.
  Но вместо собственного лица он вдруг увидел на экране двух сцепившихся спортсменов, пытающихся вырвать мяч друг у друга.
-       Эй, это не «Марк Траст». И я думал, что спорт, любой спорт, запрещен.
-       Местный пираты, похоже, глушат Нексус 86, - сказала Кристал. – Пиратские трансляции баскетбольных матчей – самые популярные программы на видео. Они уступают только «Резне», само собой.
  Диктор кричал:
-       Визиготы завладели мячом! Форвард Череполомов перехватывает его и…
   Рубен почувствовал, как затянутая в нейлон ножка Кристал касается его промежности. Он удивленно взглянул на девушку, но она сохраняла невинное выражение лица. Ее нога прошлась по внутренней стороне бедер Рубена. Он поставил бокал с вином на стол, наклонился к ней и сказал:
-       На самом деле ты ведь не хочешь это смотреть? – он кивнул в сторону экрана.
    Она взяла его за руку. Облизнула губы.
-       Нет…
-       Отлично. К черту баскетбол.
    Рубен привлек ее к себе и поцеловал. Кристал стащила с него галстук.
    Вдруг зажегся экран видео-связи. Мордочка Рауля выражала тревогу.
-       Рубен, - звал кот.
-       Позже, Рауль, я занят. – Рубен возился с умными эластичными лентами, поддерживающими наряд Кристал. – Игнорируй его. Ты выглядишь потрясающе…
-       Я надеюсь, ты сумеешь разобраться с устройством этого платья. Ты ведь не думаешь, что я в нем выгляжу слишком дешево?
   «Ты выглядишь на миллион», думал Рубен. Ее кожа была нежной, как шелк. Он провел руками у основания ее шеи, нежно поцеловал ее в губы. С удовлетворением заметил, как ее голые плечи покрылись мурашками удовольствия. Глаза Кристал стали глубокими и темными.
-       Рубен, - не унимался Рауль.
-       Рауль, я не на службе, - пытался урезонить кота Рубен.
   Они с Кристал уже легли на кровать. Рубен расстегнул рубашку, а умная лента сдалась, высвободив Кристал из кружевного плена.
-       Дешево? – Теперь Рубен боролся со второй лентой, опоясывающей шорты. Крастал сама одним ловким движением развязала ее. – Вовсе нет. Ты выглядишь как рождественский подарок от Фиоруччи…
-       Спасибо! Девушка продавец советовала для достижения максимального эффекта развязать…
  Она сорвала третью ленту и бросила ее на пол. Поддерживающий ее роскошную грудь бюстгальтер упал к ее ногам.
-       Рубен, ты должен… - Рауль отказывался входить в положение.
-       Отвали, Рауль. Я серьезно, - пригрозил Рубен, любуясь изгибами тела Кристал, опустившейся на колени и начинающей медленно, очень медленно подбираться к нему, лежащему на кровати.
-       Я хотела надеть свою летную форму сегодня. Но я не знала.. Я не была уверена, что тебе это понравится. Это кажется немного… упадочным. – Она намерено дразнила его.
-       Ага. Упадочным. Иди сюда. Пожалуйста.
   Кристал повиновалась.
-       Тебе нужно прийти в квартиру Кригера. Немедленно. – Рауль окончательно потерял контроль над своим голосом. Сейчас в нем отчетливо слышалась тревога.
-       Криегер может пойти на… - Кристал не дала ему договорить, закрыв ему рот жадным поцелуем.
-       Уже не может, – сказал Рауль.
   Рубен вскочил. Кристал перепугано смотрела на него.
-       Я скоро буду, - бросил он коту и отключился.
  В плексомолле кратчайшее расстояние между двумя точками обычно пролегало через машинопорт. Спешно одевшись, Рубен и Кристал бежали по подземному гаражу к жилищу начальника рейнджеров. Кристал отставала.
-       Я сказал тебе, обуй туфли! – кричал Рубен.
-       А я сказала, что не то что бежать, я и ходить толком не могу на таком каблуке! – огрызалась Кристал.
  Из ниоткуда показался мотоцикл Фарид-Хана. Вой мотора разбил тишину на тысячу осколков. За рулем стремительно несущегося к выезду на поверхность стального монстра сидел сам Фарид-Хан, а позади него сидела Медея Блиц. Мотоцикл едва не сбил Рубена. Кристал удалось схватить рейнджера за талию и притянуть к себе со всей имеющейся у нее силой.
-       Осторожно, дорогой! – запыхавшись, сказала Кристал.
-       Спасибо. Кто это был? – Рубен щурился, пытаясь разглядеть удаляющийся байк.  Все произошло слишком быстро.
-       Похоже на Медею и Сирила.
-       Они спешили. Хмм.
  Через минуту Рубен и Кристал уже выбегали из лифта на этаже Кригера. Рубен не знал, в какой именно квартире живет его начальник, но найти место трагедии труда не составляло. В дверном проходе, ведущем в квартиру, стоял Си Кей, одной рукой упирающийся в дверной косяк, а второй старающийся удержать плачущую Мэнди.
-       Сюда, Флэгг, - с натугой кричал Си Кей. Мэнди била его по груди. – Мэнди, пожалуйста. Я запрещаю… Ты не должна этого видеть…
-       Кристал, уведи ее, - приказал Рубен.
  Он перешагнул порог и увидел лежащее на полу тело Кригера. Он свалился с кресла. Руки его были раскинуты. Один тапочек все еще болтался у него на ноге. Второй отлетел неизвестно куда. Кровь черной кляксой пятнала основной телевизионный дисплей в гостиной. Рубен прикинул, что Кригера, должно быть, застрелили в голову в упор. Запах пороха еще не успел выветриться.
-       Господи, что за бардак. – Рубен скривился при виде деформированной головы Кригера. – Кто его нашел?
-       Рауль… - Си Кей пытался побороть тошноту.
  Рыжий кот ответил:
-       Поломка дисплея отразилась на консоли в главном офисе.
  Рубен увидел, что правую сторону экрана, с которого стекали на ковер багровые потеки, занимала надпись «неисправность».
       -     Я пришел проверить все ли в порядке, - продолжил Рауль. Дверь была открыта. Никаких следов вторжения.
-       Извините меня… - Си Кей таки не смог овладеть собой. Он кинулся в туалет и его стошнило.
-       Мэнди, пожалуйста. Ты слышала… - уговаривала дочь Кригера Кристал.
-       Если она хочет зайти, пусти ее, - сказал Рубен. – Что еще?
  Вошла Мэнди. Едва она взглянула на тело отца, как плечи ее опустились, а затем затряслись от рыданий. Кристал обняла ее и принялась успокаивать.
-       Ну, - протянул Рауль неуверенно.
  Он подошел к руке Кригера, сжимающей пучок длинных блондинистых волос.
-       Я нашел эти белые волосы. Они очень сильно пахнут, - Рауль сделал паузу, еще раз принюхался, чтобы не перепутать свои ощущения, - машинным маслом и духами «Шалимар». Ваша честь…
-       Я знаю, - твердо сказал Си Кей. – Кровь не водица, но…
  Мэр выпрямился во весь свой небольшой рост.
- Это преступление. Как мэр я приказываю найти и заключить под стражу мою дочь и ее соучастников за убийство начальника рейнджеров Хильтона Кригера.


















Комментариев нет:

Отправить комментарий

Избранное сообщение

PARADISE LOST - CHAPTER 7, PART 2

Самым сюрреалистичным юмористическим стрипом того времени был Sam's Strip , который писали и рисовали Морт Уокер и Джерри Дюма...