воскресенье, 27 мая 2018 г.

PARADISE LOST - INTRO, PART 2


Вот так. Мы сделали полный круг, и теперь возвращаемся в Америку конца 1860-х годов, где на газетных страницах сотен изданий формировался плацдарм для развития рисованных историй. Первой американской газетой, регулярно печатающей cartoon-рисунки, стала принадлежащая Джеймсу Гордону Беннетту New York Evening Telegram. Газетой этот розовый и мятый лист бумаги назвать было трудно, но отдавшие за него два цента покупатели обделенным себя не считали, поскольку помимо статей в нем печатались и крупные политические карикатуры за авторством Чарльза Грина Буша. 4 марта 1873 года группа граверов запустила New York Daily Graphic, полностью иллюстрированную газету, в которой печатался арт топовых картунистов тех времен, среди которых были А.Б. Фрост и Фредерик Оппер. Эксперименты этой газеты на почве фоторепродукции и публикации карикатур, арта и рисованных историй, повлияли на другие нью-йоркские издания (включая крупнейшие World и Herald), которые теперь были вынуждены публиковать на своих страницах больше рисунков. 23 сентября 1889 года, не выдерживая конкуренции с титанами рынка, Daily Graphics закрылась.

Фрагмент газеты The Evening Telegram.


После того, как Джозеф Пулицер приобрел New York World в 1883 году, он увеличил воскресное приложение к газете с четырех до двадцати страниц. Пулицер превратил приложение World, ежедневное и воскресное, в издание, имеющее крупнейший тираж во всей стране, и даже случайно ставшее официальным представителем Демократической партии. Став частью бесконечной и агрессивной рекламной кампании, проводимой Пулицером для увеличения тиражей, The Sunday World предлагал читателям несколько рубрик, в которых печатали цветные репродукции произведений художественных искусств, модные зарисовки, социальные иллюстрации, новости в картинках и карикатуры. Встречались там и иллюстрированные шутки, напечатанные ранее в журналах Puck и Life, а также плоды творчества местных художников-фрилансеров.


Фрагмент одного выпуска New York World.



Газетный бизнес в конце девятнадцатого века радикально трансформировался. Между 1870 и 1900 годами, в то время как население Соединенных Штатов удвоилось, а количество городских жителей утроилось, число англоязычных газет в стране выросло с 489 до 1967. Тираж этих изданий также рос, увеличившись за этот же период с 2,6 до 15 миллионов копий. Издания, расположенные в крупных городах, спешно обзаводились высокоскоростными прессами, подписывались на услуги телеграфа (с его помощью редакторы получали все свежие новости, которые затем перепечатывало издание), и выпускали несколько ежедневных изданий газет, число страниц в которых колебалось от 24 до 36. Цены на газеты упали до цента за выпуск, поскольку конкуренция была беспощадной.


К середине 1890-х годов все важные инновации в сфере создания и публикации комикс-стрипов уже были внедрены. Пузыри с текстом, пусть и позабытые ненадолго, были знакомы всем современным картунистам как эффективный метод внедрения диалогов в повествование. Многопанельные рисунки с добавочным нарративом в виде текста печатались в журналах и газетах. Путь к финансовому успеху уже был проторен другими авторами, сумевшими превратить персонажей своих произведений во франшизы. Издатели газет стремительно расчищали место на страницах воскресных приложений для цветных комиксов. Ричард Аутколт оказался в нужное время в нужном месте.


В 1890-м году Аутколт был членом редакции журнала Electric World, а до этого был ассистентом Томаса Эдисона, занимающимся созданием иллюстраций изобретений великого ученого. Также Аутколт подрабатывал на стороне, печатаясь в еженедельных сатирических журналах. 2 июня 1894 года однопанельная иллюстрация Аутколта, названная «Feudal Pride in Hogan’s Alley» была напечатана в журнале Truth. На ней среди прочих был изображен маленький лысый мальчик в ночнушке – это было первое появление Желтого Малыша. В конце 1894 года Аутколт был нанят Морриллом Годаром, редактором газеты New York Sunday World, принадлежащей Джозефу Пулицеру. Еще четыре иллюстрации с Малышом были опубликованы в Truth до того момента, как серия дебютировала на страницах World 17 февраля 1895 года.





Ранние эпизоды Hogan’s Alley не являлись комикс-стрипами , будучи лишь крупными иллюстрациями, повествующими о жизни городских беспризорников. Сопроводительный текст был опубликован либо за пределами рисунка, либо появлялся на различных поверхностях внутри композиции (позже фразы Малыша станут «проступать» прямо у него на рубашке подобно пятнам копоти, обладающими необычной геометрической формой). Эпизод от 5 января 1896 года, «Golf – The Great Society Sport as Played in Hogan’s Alley», впервые продемонстрировал нам Малыша в иконической желтой ночнушке, стоящим в центре композиции. Имя свое Малыш еще не получил, лишь 7 июня 1896 года - Аутколт окрестил его Микки Дуганом. 12 апреля 1896 года Малыш обрел дар речи, «став говорить» грамматическими неправильными фразами, появлявшимися у него на одежде, в эпизоде «First Championship Game of the Hogan’s Alley Baseball Team».



Тем временем воды издательского бизнеса мутил некто Уильям Рендольф Херст. Сын калифорнийского добытчика серебра, поймавшего удачу за хвост в Комсток-Лоуд, Херст использовал фамильное состояние для покупки захудалой газеты San Francisco Examiner и превращения ее в кусачего конкурента пулитцеровской World. После смерти отца в 1891 году, Херст  убедил свою мать использовать прибыль от продажи медных копей в Анаконде для финансирования его карьеры издателя.  После чего Херст направился в Нью-Йорк.

10 октября 1895 года о прибытии тридцатидвухлетнего Херста из Сан-Франциско в Нью-Йорк и покупке молодым человеком New York Journal так возвестило издание The Fourth Estate: «У него есть деньги и он не боится их тратить. Нью-Йорк стал для его амбиций полем битвы, на которое он ступает с ресурсами в виде почти безграничного капитала и абсолютно выматывающим бесстрашием».

Херст оправдал такое к нему отношение. Он сбросил цену на одну из своих убыточных газет до цента за выпуск, и спустя четыре месяца тиражи издания возросли с 20000 до 150000. Чтобы конкурировать с газетой Херста, Пулитцер был вынужден также снизить цены на свою World до цента. А затем Херст начал открытую войну, подминая под себя недругов с поразительной скоростью. Херст нанял Моррилла Годара, редактора Sunday World, вместе с одиннадцатью его коллегами. 19 марта того же года Соломон Карвальо уволился с поста издателя World, а уже 31 марта начал работать на Херста. New York Evening Journal дебютировал 28 сентября; до конца года тиражи издания выросли до 175000 копий. К тому времени утренние выпуски Journal уже расходились в количестве 425000 копий в день.

После установки высокоскоростных цветных прессов, Херст заручился сотрудничеством самого популярного картуниста Пулитцера, Ричарда Аутколта. 18 октября 1896 года в газете Sunday Journal дебютировало воскресное приложение American Humorist, главной звездой которого был Желтый Малыш. Херст знал цену хорошему арту и хорошему художнику, и 375000 проданных копий первого издания приложения (несмотря на повышенную с 3 до 5 центов цену газеты) тому являются лучшим подтверждением. Пулитцер ответил на это наймом Роя МакКарделла на пост художника серии Hogan’s Alley. Далее последовали судебные разбирательства, но Аутколту в итоге было позволено рисовать для любого из нанимателей любые серии с Микки Дуганом, а Пулитцер довольствовался правами на название стрипа и возможностью выбирать на пост художника авторов на свое усмотрение.

25 октября 1896 года, неделю спустя после публикации первого стрипа в Journal, Аутколт впервые объединил на газетной странице череду последовательных рисунков и пузыри с текстом. В эпизоде, названном «The Yellow Kid and His New Phonograph», новомодное изобретение Эдисона «говорило» с Микки Дуганом, а на последней панели было показано, что в недрах устройства невесть как оказался попугай. Падая, Малыш воскликнул: «De phonograph is a great invention – NIT!» I don't tink – wait til i git dat foolish bird home I won't do a ting te him well say!». Слова Микки были окружены пузырем, хвостик которого указывал на рот Малыша. Читатели газеты, возможно, улыбнулись про себя, да перевернули страницу, но история уже свершилась – они прочли «первый в истории стрип».

В последующие месяцы Аутколт неоднократно рисовал многопанельные стрипы, часто на полстраницы и являющиеся сторонними фичерами, а не эпизодами Yellow Kid. Пузыри с текстом и использование множества панелей преобразили творчество Аутколта. В случае, когда слова, проговариваемые персонажем, были помещены в пузырь, а не вынесены за пределы панели, создавалось ощущение важности сказанной фразы, подкреплялся ее вес. Пузыри превратили двухмерным мимов в личности, способные мыслить и испытывать эмоции, способные двигаться подобно живым людям. Последовательные рисунки создали видимость течения времени. Промежуток между панелями мог составлять как секунды, так и года. Последовательность рисунков превращалась в историю с началом, серединой и концом.



Коллеги Аутколта, Рудольф Диркс и Фредерик Оппер, сделали инновации Аутколта новым стандартом. Katzenjammer Kids Диркса стартовал 12 декабря 1897 года, будучи одним из первых стрипов, использующих множество панелей и пузыри с текстом на постоянной основе. Happy Hooligan Оппера сделал панели и диалоги стандартом комиксного нарратива и ныне считается первым основополагающим современным американским комик-стрипом.
Не все историки, изучающие комиксы, сходятся во мнениях относительно важности этих инноваций. Даг Уилер, эксперт в области комиксов девятнадцатого века, неоднократно публиковал примеры стрипов, напечатанных в промежутке между концом 1700-х и началом 1890-х годов, обладающих всеми достоинствами считающегося исторически важным стрипа Аутколта.

Katzenjammer Kids Рудольфа Диркса.

Katzenjammer Kids Рудольфа Диркса.
Happy Hooligan Фредерика Оппера.

Happy Hooligan Фредерика Оппера.


Причиной этих разногласий является различные критерии, определяющие термин «комикс-стрип». Большинство из крупных историков комиксов так и не пришли к консенсусу относительно того, что нужно считать базовым определением стрипа. Каждый из авторов исторических трудов на тему комиксов имеет свое определение того, что по его мнению нужно считать стрипом, но среди всех интерпретаций верна, скорее, самая релятивистская, сформированная Тьерри Смолдереном: «Не существует абсолютного определения комикса. Различные социальные группы, непосредственно участвующие в развитии медиума, будут отстаивать свои разные рабочие определения, выбирая и обобщая те характерные его черты, которыми определяется их вклад в него». Иными словами позиция, например, художника комиксов и критика комиксов относительно того, что можно считать этими самыми комиксами может существенно различаться в силу того, насколько отличаются профессии «критика» и «художника». Картунисты вдобавок относительно всяких определений не заморачиваются. Они являются представителями коммерческого вида искусства, и в большинстве случаев оказываются нанятыми на должность редакторами, получая зарплату из кармана издателя. Место их работы, ее характер и аудитория, которую они развлекают, определяется природой самого издания, в котором публикуются рисунки. В пределах этих эфемерных границ не существует особых запретов на креативные средства самовыражения, и художникам разрешается (часто даже поощряется) использовать столько «инструментов» по созданию, скажем, стрипов, сколько им захочется. Плюс художники просто обязаны нарушать уже установленные правила и экспериментировать с арт-формой и ее составляющими. И хотя существуют авторы, с легкостью жонглирующие жанрами, в которых они работают, по большей части параметры для работы для каждого конкретного нанимателя остаются незыблемыми (газетный стрип сильно отличается от работы над иллюстрациями для журнала, а рабочий этикет частного независимого издательства явно будет отличаться от рабочего процесса, допустим, автора New Yorker). Так что попытки создать универсальное определение этого на удивление многоликого рабочего процесса обречены на провал.


Газетные комикс-стрипы или «funnies» как их часто называют читатели, американской публике известны уже в течение ста с лишним лет. Со временем их внешний вид, размер и функции существенно изменились, и все же большинство из них все также созданы на основе комбинации панелей, пузырей с текстом, набора героев и некоего сюжета. Почти все ежедневные американские газеты печатают черно-белые комиксы и цветные секции, а супер-звезды жанра – Попай, Дик Трейси, Снупи или Гарфилд – известны самому широкому кругу читателей. Желтый Малыш был предком этих героев, а Hogan’s Alley Ричарда Аутколта был первым успешным комикс-фичером. Не больше, но и не меньше.


Стрип Аутколта, впрочем, действительно был успешным. Очень успешным. Сотни цветных постеров, развешанных по всему Нью-Йорку в разгар битвы между Пулитцером и Херстом и десятки наименований товаров, производившихся по мотивам стрипа служат лишним подтверждением тому, каким хитом стал Hogan’s Alley. Успех стрипа не был мифом, сотканным последующими поколениями. Это важная глава в долгой и запутанной истории арт-формы.


7 сентября 1896 года Ричард Аутколт формально подал заявление на регистрацию прав на персонажа, послав письмо с рисунком Желтого Малыша в Библиотеку Конгресса. И хотя многие историки утверждают, что прошение Аутколта было удовлетворено, никаких записей в самой Библиотеке относительно этого не содержится. Как итог: Аутколт никогда так и не смог помешать эксплуатации своего персонажа или же получать деньги с продаж сопутствующих товаров.


Насчет термина «желтая пресса» историки тоже не согласны. Считается, что эта фраза напрямую связана с творением Аутколта. Рой МакКарделл в 1905 году писал: «соперничество между World и Journal вынудило издания, не печатающие работы мистера Аутколта и мистера Лакса, называть эти две газеты “журналами Желтого Малыша”, а потом, избавившись от одного слова, просто называть «желтыми журналами»». Согласно исследованиям Марка Винчестера, одно из первых упоминаний термина именно в контексте описания манеры ведения бизнеса Пулитцера и Херста, было опубликовано в газете New York Times 12 марта 1897 года. Билл Блэкбирд в своем исследовании настаивает на том, что фразу использовали в газете Journal-Examiner в 1896 году. Есть и более запутанные теории относительно ее происхождения, но практически все авторы сходятся во мнении относительно того момента, когда термин стал использоваться повсеместно и приобрел свое значение. 15 февраля 1898 года в порту Гаваны затонул броненосный крейсер Maine. Пулитцер до этого времени был известен как агрессивный магнат, сделавший состояние на манере ведения бизнеса: его газеты публиковали сенсационные заявления, скандалы и расследования, часто жертвуя фактами раде кричащего заголовка, набранного кеглем размером с мою голову. Херст, будучи способным игроком, быстро перенял тактику конкурента, и вскоре пожинал плоды успеха. Когда Maine затонул, World и Journal обеспечили событию сенсационное освещение, а поскольку Желтый Малыш был иконой этих газет, такой подход к подаче материалов и окрестили «желтой прессой».



По иронии судьбы к тому моменту когда термин стал широко известным, комиксы о Желтом Малыше уже не публиковались ни в World, ни в Journal. Предположительно негативные ассоциации между его творением и манерой журналистики, практикуемой Херстом и Пулитцером, заставили Аутколта прекратить производство стрипа. К 1898 году Аутколт устал от Малыша, устал от идеи, которая со временем превратилась из яркой в блеклую. «Когда я умру, не вздумайте поместить мне на надгробие Желтого Малыша», заклинал он.

После смерти Аутколта в 25 сентября 1928 года, в Los Angeles Herald появилась заметка, провозглашающая Ричарда Фелтона Аутколта «отцом комиксов». Некролог в New York World был куда более сдержанным. Так или иначе, противоречия, окружающие рождение комиксов, не умрут, похоже, никогда.

Выяснив, как комиксы родились, мы переходим к освещению того, как они развивались. 

(продолжение следует)

Избранное сообщение

"Банк-беглец" - Дональд Уэстлейк/BANK SHOT by Donald E. Westlake

BANK SHOT by Donald E. Westlake   Джону Дортмундеру осточертело выманивать у доверчивых домохозяек мелочь на пропитание. Но что по...